Я отстранился, и Урана, распахнув ресницы, сквозь пелену посмотрела на меня удивленно, но только и не дал ничего понять, развернул спиной, чуть наваливаясь позади, пройдя языком по шее, скользя к плечу, лаская губами, сжал ее челюсти пальцами осторожно, но твердо, раздвинув ноги коленом, вошел вновь, заполняя. Урана выгнула спину, принимая меня вновь. Комната наполнилась коротки шлепками и всхлипами. Урана, как тающая влажная глина в моих руках, такая податливая и ранимая. Взрыв будто расколол меня на части, разбрасывая в разные стороны, затапливая тяжелой лавой блаженства. Урана, выпуская стоны, ослабла, но тут же прижалась спиной ко мне, вздрагивая. Обхватив ее за стан, прижимая к себе так, будто опасался, что она сможет исчезнуть. Урана, отдышавшись, пошевелилась, разворачиваясь ко мне и заглядывая в глаза.
— Что теперь будет? — прошептала она пунцовыми от поцелуев губами, смотря на меня все еще затуманенными блажью глазами, и голос такой дрожащий, отчаянный, как меткая стрела — прожгла душу, и гнев подкатил к горлу, гнев, что я вынужден все еще играть по чужим правилам.
— Завтра будет собрание Ордена, — погладил ее по спине, окутанной водопадом спутанных волос, сглатывая сухой ком. — Ничего не бойся. Раз Арасу нужен твой дар, то он не позволит… — я замолк, стискивая зубы, говорить о том, что кто-то посмеет ее касаться, давалось с большим трудом, — скорее всего, он устроит посвящение новой… избранницы.
Урана сомкнула губы, и горечь легла в их уголках, но в глазах смирение, такое отчаянно выразительное, невыносимое. Хотя оно и понятно — с последними событиями, что с ней произошли, на просвет она уже не надеялась.
— …Я попробую отвоевать тебя у Ордена.
— А если они не согласятся?
— Согласятся, потому что ты… — я коснулся губами ее щеки, проведя к уху, — …моя истинная пара. И ничего не бойся. Сейчас герцога нет в замке, и завтра в связи со сборами он будет занят.
— А где будет собрание?
— На другом берегу острова, в храме Огня.
Урана помолчала, но спокойствие давно покинуло ее сердце, и я никак не мог изменить это и проклинал себя за то, что не смог ее спрятать надежнее, за то, что Арас до сих пор, даже после моей просьбы отпустить, держит меня на коротком поводке.
— Хорошо, — вдруг произнесла она в сгустившуюся полную запахом близости и пчелиного воска свеч тишину, — я все поняла.
— Умница, — погладил по волосам, заглядывая в лицо, озаренное тускнеющим светом. — Тогда мне нужно идти, не хватало, чтобы кто-то узнал, что я был здесь.
Урана кивнула.
— Проклятие! — выругался я глухо, впиваясь в ее губы жадным поцелуем, беря ее вновь…
***
Утро наступило быстро. Позавтракав с Саймом, я отправился к вызвавшему меня герцогу. Арас выглядел весьма мрачно, было видно, что его занимали какие-то свои мысли — видимо, он уже встречался с советниками и получил весьма нерадостные ответы.
— Что ж, — взглянул он на меня бегло, опускаясь в глубокое кресло, — я переговорил с некоторыми из старейшин — они готовы послушать тебя уже сегодня.
— Я знаю, что Урана здесь, — я не стал откладывать важный момент в долгий ящик. — Моей ошибкой было не сказать вам сразу об одном очень важном аспекте…
Арас выгнул темные брови.
— Айелий, ты удивляешь меня с каждым мигом. Что еще?
— Урана Адалард — моя истинная пара.
Герцог замер, уставившись на меня аспидно-черными глазами, потом громко усмехнулся.
— Ты слишком много хочешь, граф.
— Всего лишь право идти своим путем.
Герцог снова хмыкнул, видно, обдумывая услышанное.
— По закону Ордена никто не имеет право посягать на избранную, — продолжал я наступать, — если бы знал, что вы отправите Хораса за ней, сказал бы об этом сразу. Я ждал совета и там все бы объяснил.
— Да, — наконец, согласился герцог, и голос его затвердел, — тогда бы я не стал делать лишних ходов. Теперь тебе предстоит предъявить доказательства, что это на самом деле так.
— Безусловно.
Наверное, его согласие и примирение должно было меня насторожить, но законы Ордена прописаны для всех, как бы ни был высок титул.
— Но все же, Айелий, ты пошел окольным путем, не считаясь со мной. Признаться, я раздосадован — ты входил в число моих лучших приближенных, я доверял тебе.
— Это был мой долг, но не мое желание.
Арас хмыкнул, задумываясь.
— Ну хорошо. Раз ты все решил, ждем тебя в ратуше.
— Я могу идти?
Герцог кивнул, даже не глядя, потянувшись за какими-то бумагами, что лежали на его столе, будто только и ждал того мига, когда я уйду.
— Можешь, — бросил он.
Я покинул кабинет, внутри бурлило смутное чувство — слишком уж спокойным оказался герцог. Либо мне это мнится, и у него и в самом деле были дела важнее, чем судьба его подданного. Хорошо, если так, но не давало покоя, что он призвал Хораса и — более того — отправил его на другой материк за своей добычей — слишком весомый ход, чтобы так просто пустить все на самотек. Но как бы там ни было, все решится сегодня ночью — Урана станет моей.
