– Я бы меньше нервничала, если бы просто собиралась познакомиться с его семьей, но теперь я окажусь в центре семейной драмы! Что я сделаю, если они решат, что мне не стоит вмешиваться в дела их сына? А если они захотят, чтобы я приняла чью-то сторону? Вдруг они попросят поддержать их и уговорить Динчера бросить музыку? А если я откажусь, то стану их врагом номер один. Наша встреча в любом случае закончится катастрофой.
Я вздохнула и откинулась на спинку дивана, Рекс продолжал смотреть на меня бессмысленным взглядом. Пока Динчер не вышел из ванной, я с закрытыми глазами прокручивала в голове сценарий встречи. Я прикидывала, что мне сделать, чтобы выйти из этой борьбы с наименьшими потерями. В итоге я решила, что лучшим вариантом будет промолчать и притвориться невидимкой.
– Ты действительно спишь или притворяешься?
Я приоткрыла один глаз и посмотрела на Динчера: он стоял передо мной лишь в обернутом вокруг талии белом полотенце. Капли с его мокрых волос стекали по обнаженному плечу.
– Нет, это тебя не спасет.
Услышав его слова, я широко распахнула глаза и выпрямилась на диване:
– Ты такой бессовестный! Я вообще не представляла сегодняшний день таким и даже приготовила тебе тефтели.
– Как мило! Мы придем не с пустыми руками.
– Мы возьмем их? Тефтельки? – Мой голос наполнился страхом. Я словно попала в фильм ужасов.
– Ты что, подсыпала в них крысиный яд? Что за волнение?
– Но они не настолько вкусные, чтобы мы брали их с собой!
Он внимательно посмотрел на меня. Шаркая тапочками по полу, подошел к стойке, открыл коробку, которую я оставила рядом с бутылками, и одним махом запихнул в рот целую тефтельку. Через несколько секунд он застонал, давая понять, что ему нравится.
– Вкусно, вкусно, я никогда не ел ничего подобного. Они будто из дорогущего ресторана.
Я сложила руки на груди и уставилась на него:
– Если уж врешь, делай это хорошо.
– Не существует такой вещи, как хорошая ложь. Я говорю правду. Я одеваюсь, и мы идем прямо сейчас. Рекс тоже пойдет, может, они отвлекутся.
Мы с Рексом снова посмотрели друг на друга. Он больше смотрел на коробку с тефтелями, но неважно, нам обоим было больно. Он хотел тефтельки, за которые мог бы продать хозяина, если потребуется, а я не хотела встречаться с семьей Динчера. Интересно, кто из нас дойдет до счастливого финала?
Я никогда не расстраивалась, если моя кошка царапала меня во время игр. Я считала, что самое главное – это видеть, как твой пушистый друг радуется. Но сейчас, когда Рекс с наслаждением проглотил одну из тефтелек, которую ему дала мать Динчера, я поняла, что мне обидно. Меня очень беспокоило то, что женщина отдала одну из моих тефтелек Рексу, даже не попробовав ее сама. Когда она взяла коробку из моих рук, то даже не спросила, кто их приготовил.
Передо мной стояли Мехтап, некогда знаменитая певица, и известный в своем кругу бизнесмен, важность которого я еще не осознавала. Они старались не смотреть на меня, и я чувствовала себя призраком. Да, сначала я именно этого и хотела, но теперь я поняла, что моя гордость задета.
– Ты набрал вес, – сказала госпожа Мехтап. Когда она перевела взгляд с Рекса на Динчера, стало ясно, к кому она обращается.
– Я забросил спорт.
– Ты никогда не пропускал его, со школы.
– Это было необходимо.
– Но ты хорошо выглядишь. Я всегда думала, что небольшая прибавка будет тебе к лицу.
– Я не заметил, что сильно изменился.
Я ткнула Динчера в руку так, чтобы никто этого не увидел. Я пыталась ему намекнуть, что если он продолжит разговор в том же духе, то не получит поддержку от матери. Хотя я и не была уверена, что Динчер меня понял, он все же смягчил тон.
– В последнее время я полностью сосредоточился на музыке. И еще… – Когда он повернул голову и посмотрел на меня, я напряглась. Я даже забыла, как дышать, когда Динчер взял меня за руку. – Я стараюсь уделять время очень важному человеку, который появился в моей жизни.
Неужели так трудно сказать: «Мне нужно свободное время на личную жизнь»? Зачем такие высокопарные речи? Теперь на меня смотрели все. Даже Рекс!
Нервно улыбаясь, я изо всех сил пыталась освободиться от руки Динчера. Его мать и отец испепеляли меня взглядом так, словно только секунду назад поняли, что я нахожусь в гостиной их дома.
– Нам жаль, что мы не успели с тобой познакомиться, – сказала его мать. – Мы не знаем, как себя вести, ведь давно не виделись с сыном.
– Я Нисан. Вообще-то я представилась, когда вошла.
Его мать продолжала удивленно смотреть на меня.
– А может, и нет. У меня не очень хорошая память, – сказала я и хихикнула. Затем крепко вцепилась в руку Динчера, чтобы он спас меня от этой неловкой ситуации.
– Как давно вы…
– Совсем недавно, – ответил Динчер. – Поэтому я вам не рассказывал о Нисан.
– Поздравляю, – сказала мать, кивнув, – надеюсь, вы будете счастливы.
Говорила она гораздо искреннее, чем я себе это представляла. На ее лице играла легкая улыбка, а восхищенный взгляд обращался то к Динчеру, то ко мне. Отец был самым напряженным человеком в комнате, он просто молча слушал.
