Невинная оговорка полностью

Я очень тихо открыла входную дверь, даже невзирая на то, что Натану в любом случае уже скоро нужно было вставать на работу. Джинджер приветствовала меня, будто только этого и ждала. В квартире было тепло, свет продолжал гореть, как и вчера вечером, но в воздухе витало напряжение. Даже Джинджер казалась подавленной.

— Малышка, извини, что оставила тебя одну, — прошептала я в её шерсть. Я перепрыгнула через порог и оказалась на ковре, в надежде согреть свои босые, холодные ноги, и почти вскрикнула, увидев Натана, сидящего на диване, локтями облокотившегося на колени.

Положив руку на неистово бившееся сердце, я глубоко вздохнула.

— Боже мой, Натан. Ты меня напугал.

Его покрасневшие глаза следили за моими передвижениями по комнате.

— Где, чёрт возьми, тебя носило?

У меня заняло какое-то время, чтобы вновь ощутить вчерашний гнев, но картина перед моими глазами была очень красноречивой: сгоревшие свечи, нетронутые столовые приборы, полосы на ковре от пылесоса, сгорбившиеся и широко раскрывшиеся, будто насмехающиеся, каллы.

— Где меня носило? А где был ты?

— Прямо здесь. Всю ночь.

— Очень смешно. Тогда, наверное, это не я сидела в одиночестве, часами наблюдая, как остывал ужин.

Он потряс головой.

— Ой, не начинай. Ты даже понятия не имеешь, какой у меня выдался вечерок.

— Нет, не имею, — я подошла к столу и стала убирать пустые тарелки.

Он встал, на нём были штаны на завязке и рубашка хенли.

— Я искал тебя, звонил Эндрю, звонил Джил.

Я ощущала на себе его взгляд, когда принялась собирать столовые приборы.

— Я звонил отцу в больницу. Я уже собирался звонить в полицию.

Я взглянула на него.

— Ты что, не спал?

— Спал? — он отшатнулся. — Как, чёрт возьми, я могу спать, не имея ни малейшего понятия, где ты находишься.

Я слишком сильно сжала губы. Он вёл себя так, будто не осознавал, что я тоже через это прошла вчера — часы ожидания, мучений, беспокойства. Я и так слишком натерпелась, пытаясь привлечь его внимание, а он даже не потрудился появиться на ужин.

— Ты не единственный, кто волновался вчера, — Джинджер ткнулась носом в моё бедро, она всегда так делала, когда кто-то из нас повышал голос. Я собрала тарелки и стрельнула в него взглядом. — Но знаешь, что, я больше не собираюсь переживать. Начиная с этого момента, можешь делать всё, что тебе, чёрт побери, заблагорассудится.

— Что это значит? — спросил он, проследовав за мной на кухню.

Я разложила ножи и вилки в выдвижной ящик. Натан не единственный любящий порядок и злой человек в наших отношениях.

— Что конкретно тебе не понятно?

— С того места, что я могу делать всё, что захочу. Ты что, всё ещё думаешь, что у меня кто — то есть?

— Нет.

— Сэди, посмотри на меня.

Я сложила тарелки в шкафчик и повернулась к нему. Своей огромной рукой он массажировал виски, мне пришлось подавить желание спросить, мучает ли его головная боль.

— Тебя не было дома целую ночь, и ты несёшь какую-то чушь. Что происходит?

Я медленно моргнула. Мой закипающий гнев уже дошёл до точки кипения. Несколько месяцев он вёл себя так, будто я вообще не существую, а к себе такое же отношение он не может вынести даже на одну ночь.

— Ты спрашиваешь, что происходит? — произнесла я сквозь стиснутые зубы. — Это ты мне скажи. Я просто следую твоему же примеру. Почему ты можешь проводить вечер вне дома, а я не могу? Ты уже вычеркнул себя из наших отношений. А я только что поняла, что могу поступить также.

— Я не вычеркнул себя, и ты не можешь сделать то же самое, — резко возразил он. — Мы ведь только позавчера занимались любовью. Что ты на это скажешь?

Я отвела взгляд, потому что знала о том, что не смогу скрыть, что помню, как приятно было снова оказаться в его объятиях. Как я могла ощущать к нему такую связь, если с его стороны была пустота.

— Это ничего не значило.

Его смешок был грозным.

— Я ни на секунду тебе не поверил. В чём — в чём, а в этом ты не сможешь меня обдурить.

Ты что думаешь, я не знаю, когда твоё сердце открыто.

— Я думаю, ты действительно знаешь, когда оно открыто, — произнесла я ровно. — И ты в точности знаешь, в каком месте я наиболее уязвима.

Он замер, когда понял смысл моих слов.

Я тоже не невинна, но наш брак умер из-за него. Все семь лет нашего брака Натан работал над тем, чтобы я чувствовала себя в безопасности, как за каменной стеной. А затем, он развернулся на 365 градусов и использовал это против меня. Он отвергал всё, что бы я ни предложила, будь то проявление любви в физическом или эмоциональном плане. То, как он мучал меня все эти месяцы было даже хуже того, что я разделила постель с другим мужчиной.

— С меня хватит, между нами всё кончено, — я подошла к нему на несколько шагов. — Как бы я ни поступила по отношению к тебе, я надеюсь, наш брак того стоил.

Его взгляд изменился, досада испарилась. В неверии он отдёрнул голову назад.

— Кончено?

Я выдержала его взгляд, смогла сдержать дрожь внутри. Он больше не увидит меня слабой.

— Да.

— Нет.

— Да.

Он прирос к месту, где стоял. Я обошла его и направилась в гостиную.

— Подожди, — сказал он, обернувшись. — Давай на секунду сбавим обороты, и я смогу всё объяснить.