– Она от нас не отстанет, – Марта сдается первой и следует примеру подруги. Следом и мы с Лизой повторяем ритуал.
– Помните, что надо представить все до мельчайших деталей, – напоминает Алиса.
Я закрываю глаза и представляю в руках маленькую хрупкую тиару. Изящный белый металл создает витиеватый узор, словно тонкое плетение кружева. Каждый миллиметр украшен россыпью бриллиантов. Тиара увенчана крупными жемчужинами. Я надеваю ее и открываю глаза. Мир вокруг не изменился, я все так же стою в гостиной своего скромного жилища, на полу разбросаны вещи, в окно стучат ветки деревьев, раскачивающихся на ветру. Все прежнее, а вот я стала другой. Знаете, если в самом деле поверить, что эта корона настоящая, веришь и в то, что ты настоящая королева. Я верю в свою уникальность, в то, что в мире больше нет такой Николь Арманн, и я должна гордиться тем, какая я.
– Так, девочки, а теперь поправляем свои короны и в путь, – восторженно командует Лиса. Мы направляемся к выходу, и я открываю входную дверь. В это же мгновенье нас ослепляют вспышки десятка фотокамер. Репортеры готовы ввалиться в узкий дверной проем. Они щелкают затвором камер, а позади них стоят журналисты с диктофонами и наперебой что-то кричат. Я тут же закрываю дверь. Голоса словно по команде стихают.
– Что это, черт возьми, было? – Все взгляды устремлены на меня.
– Что они здесь делают? Вчера же никого не было, откуда они взялись? – подруги набрасываются на меня с вопросами, а я прокручиваю в голове один вариант за другим, пока не нахожу верный. Кажется, жизнь меня ничему не учит.
– Это моя вина. Вчера я опубликовала новость в блоге о том, что сегодня иду на интервью в Duncan. Я даже подумать не могла, что это вызовет такой интерес.
– Теперь все понятно. – Эльза закатывает глаза. У Марты тоже недовольный вид. И только Алису переполняют эмоции.
– А ты не так проста, какой кажешься с первого взгляда! Это же гениальный ход, – восторженно вопит она, но никто из нас не понимает, в чем дело. – Это отличный способ пропиариться! А самое главное – теперь ты точно знаешь, что твоя страница популярна. Это грозное оружие, которое может приносить деньги.
– Но как мы отсюда выберемся? Репортеры нам проходу не дадут. – Паника не отпускает меня, но Алиса берет ситуацию под контроль.
– Они не пропустят тебя, пока не получат то, за чем пришли. Ты должна дать порцию свежих сплетен. И тебе, Николь, придется отвечать на их вопросы.
– А вдруг я опять скажу что-то не то? – мой голос дрожит, я пытаюсь держать себя в руках, но тело трясет от ужаса.
– Тихо, Николь, дыши, – успокаивает меня Алиса. – Мы все должны успокоиться. Береги нервы и макияж. Особенно макияж! Главное – сохрани эксклюзив для Duncan, а репортерам отвечай сдержанно, сухо и только одной простой фразой. Если вопрос будет слишком каверзным, делай пафосный вид и говори: «Без комментариев».
Мысленно вопрошаю, откуда она все это знает, и очень хочу ее спросить об этом на досуге. А пока я просто благодарна, что Алиса сейчас рядом со мной, потому что она умеет сохранить холодную голову в экстремальной ситуации.
Вдох – выдох. Вдох – выдох. Дыши, Николь, дыши. Соберись, ты сильная.
– Еще раз, девочки: поправляем короны! – и после этих слов Алиса открывает дверь.
Камеры щелкают, руки с диктофонами тянутся ко мне, крики журналистов атакуют нас. Их на самом деле не так много, я слышу названия трех-четырех изданий. Меня слепят вспышки камер, я не могу ни на чем сфокусировать взгляд и разобрать хотя бы один вопрос в общем шуме. Несколько секунд спустя затворы камер щелкают реже, в потоке голосов я могу разобрать три слова: «Николь, Макс, секс». Но все это меня не должно волновать. Я поправляю воображаемую корону и спокойно оглядываю собравшихся. Девушки с диктофонами застыли в нетерпении, несколько фотографов и вовсе стоят на одном колене, все смотрят на меня. Они всего-навсего делают свою работу. Расправив плечи, я громко и спокойно говорю:
– Немедленно расступитесь. Мы опаздываем. Иначе мне придется вызвать полицию, – мой голос звучит твердо, ведь это я контролирую ситуацию, а не они. Уверенным шагом иду вперед. Репортеры расступаются в стороны, но каждые несколько метров мне приходится останавливаться и отвечать на вопрос.
– Правда, что вы едете на интервью в Duncan?
– Да, это так. – Мне удается сделать несколько шагов. Подруги идут за мной.
– Означает ли это, что вы объявляете войну Максу Штерну?
– Нет. – Еще несколько шагов, и мы уже стоим на улице.
День прохладный и пасмурный. Небо затянуто облаками, все вокруг кажется серым. Поэтому я в своем желтом одеянии с сиреневой сумкой в руках выгляжу весьма ярко. Мы стоим посреди улицы, залитой растаявшим снегом, мои волосы эффектно развеваются на ветру. Я без промедления направляюсь к машине, но один из вопросов останавливает меня.
– У вас с Максом Штерном роман?
– У нас с ним нет романа, – делаю акцент на каждом слове. Машина в нескольких метрах от меня.
– Но вы с ним спали?
