– Вот эту фразу, – пишу три слова на листке бумаги. Мастер советует сделать небольшую, аккуратную надпись на шее, под волосами, такую татуировку всегда можно будет скрыть. Мы выбираем подходящий шрифт, он создает эскиз и показывает мне, как это будет выглядеть. Идеально. Сомнения, которые были раньше, исчезают. Слышу, как друзья в соседней комнате весело смеются, на сердце тепло от этих звуков. Мастер приступает к работе. Машинка жужжит, он выводит буквы, которые останутся на моем теле навсегда. Больно, но я стараюсь не думать об этом. Наклоняю голову и разглядываю свои ладони. Жаль, не умею гадать по руке. Что скрывают эти линии, что меня ждет впереди? Или, может, я меняю судьбу прямо в этот момент. Vive ut vivas – «Жизнь такая, какой ты ее делаешь».
Меньше двух часов уходит на работу, я плачу наличными и беру визитку мастера. Дело сделано, чувствую приятное жжение и чувство небывалой легкости. Будто я только что научилась летать. Марк делает фотографию моего нового украшения на шее, и этот снимок мог бы стать лучшим на стене тату-салона. Но он предназначается мне, и это первая фотография в «Инстаграме» после долгого перерыва с короткой подписью: Vive ut vivas.
Мы гуляем по ночному городу, пока холод окончательно нас не сковывает, прогоняя прочь с улиц. Мы разъезжаемся на разных такси в три разные стороны.
– Спасибо, Лис, это была лучшая вечеринка в моей жизни.
– Не стоит, мне тоже было весело.
Дома долго разглядываю тату в зеркале. Выглядит потрясающе и так же звучит. Удивительно, как в одной фразе вместилось все, что было в моем блокноте. Еще раз на прощанье оглядываю список, рву на мелкие кусочки и выбрасываю. Теперь чувствую, что все в моих руках.
Даже не успеваю раздеться и стереть макияж, как раздается звонок. Четыре буквы его имени и тихое жужжание телефона.
– Да, Макс.
– Привет, Николь. Мы можем встретиться?
– Так поздно?
– Ты же не спишь? – Макс задает вопрос, но звучит это так, как будто он уже знает ответ. – Ты же не забыла о нашей общей неприятности, которая приключилась с нами недавно. Я все уладил, но есть один нюанс, который хотел бы с тобой обсудить. Это важно и срочно.
– Сейчас? – я в растерянности, но соглашаюсь. – Хорошо.
– Отлично, у меня или у тебя?
Я еду ночью в такси в дом Макса по собственной воле. Все это вызывает во мне странные ощущения. Подрагивают мышцы где-то в глубине живота, хочу по привычке схватиться за кольца, но их нет на пальце, при каждом движении шеи чувствую, как слегка саднит кожа. А в голове хаос от его слов, но в этот раз гоню мысли прочь. Лучше все прояснить, чем домысливать и сочинять. Дорога долгая, я включаю музыку в наушниках и закрываю глаза.
«Ты едешь?»
«Буду примерно через 10 минут».
«Входи без стука».
Наша история переписки абсолютно пуста, только эти три сообщения. Мы общаемся будто старые друзья. Меня встречают ночная прохлада и открытая калитка ворот. Все тот же ночной сад с пугающей пустотой и ветром между ветками деревьев. Издалека кажется, что дом стоит в темноте и домочадцы уже спят, но это не так. Плотная ткань штор не пропускает свет, но вблизи вижу тонкий отблеск светильников. Ради приличия использую дверной молоток, чтобы сообщить, что я пришла. Металл скрипит и издает звякающий холодный стук, кажется, кроме меня, этим приспособлением никто не пользуется. Открываю дверь и вхожу в дом. Пустой холл, от него направо – столовая и кухня, налево – кабинет и гостиная, оттуда доносится голос Макса.
– Проходи, я здесь, – он наливает выпивку за баром. – Присаживайся, будешь что-нибудь пить?
– Если только абсент, – шутка, которую оценили бы мои друзья, я улыбаюсь от этой мысли.
– Нет, такого в моем баре нет, – Макс воспринимает слова всерьез.
– Тогда просто воду.
Он подходит, передает бутылку и задерживает взгляд на мне. На нем спортивная домашняя одежда, я еще никогда не видела его таким, даже на фотографиях в Сети. Я тоже не нашла причин, чтобы прихорашиваться, и вышла в том, в чем была: в джинсах и свитшоте, надев сверху только куртку. И мы стоим напротив друг друга не как начальник и подчиненная и не как враги или любовники. Мы могли бы прикинуться друзьями, если бы не эта неловкость, которая витает в воздухе, но чувствую ее только я. Макс отпивает жидкость цвета крепкого чая из низкого бокала, льдинки бьются о толстое стекло. Я ставлю бутылку воды на стол, даже не открыв ее, Макс достал ее из холодильника, а я не пью холодное.
– Я нашел ту девушку, которая рассылала нам с тобой письма. Больше не будет никаких угроз, уладить этот вопрос не составило труда, – сухо говорит Макс, а я даже боюсь представить, как он решает такие вопросы. Мне становится жаль ту бедняжку, хотя она сама виновата. Меня запугать легко, но с Максом связываться опасно.
