— Тебе нужно хоть какое-то оружие, — тихим дрожащим голосом говорил Агата, держа обеими руками кисть Эмили и поглаживая её подрагивающими ледяными пальцами. — Хоть что-то, что поможет продержаться, пока не подоспеют Охотники. А лучше бы… Лучше бы попросила сопровождать тебя. Они не откажут… Брендон… Альфред… Они — добрые Охотники, они бы защитили…
— Агата, — Эмили мягко высвободила руку и сама погладила узловатые пальцы друга. — Я не хочу быть обузой. У Охотников и без меня забот хватает. А мне всего-навсего надо сходить через две улицы в лавку. И не ночью же я пойду! Ничего со мной не случится.
— Но оружие-то ты можешь взять? — буркнул Агата.
— А что мне с него толку? — горько усмехнулась девушка. — Всё равно я не умею с ним обращаться.
— Так попроси хотя бы, чтобы тебя научили! — встрепенулся хранитель часовни. — Это уж точно никого не обременит чрезмерно!
— Зря ты так думаешь. — Эмили вздохнула. Она сильно сомневалась, что способна выучиться орудовать всеми этими жуткими приспособлениями для Охоты, которые видела в руках приходивших сюда людей. Тяжёлыми мечами, жуткими складывающимися пилами, коварными хлыстами…
А вот это, кстати, неплохая мысль.
— Знаешь, Агата, я тут подумала… — задумчиво протянула девушка. — Я могла бы взять трость-хлыст. Как думаешь? Это всё-таки лучше, чем ничего.
— Вот! — Агата явно обрадовался и даже слегка приподнялся над полом. — Да, да, хотя бы трость возьми! У нас тут есть одна, только её неплохо бы почистить и смазать. Придётся тебе всё-таки попросить помощи у кого-то из Охотников — оружейного масла и инструментов у меня нет. Пусть они возьмут трость к себе в мастерскую да приведут в порядок.
— Да, придётся попросить, — вздохнула Эмили и нахмурилась. Она очень не любила кого-то о чём-то просить, но в этом случае другого выхода и вправду не было. Ради того, чтобы Агата не волновался так, не стискивал в отчаянии костлявые руки, ради того, чтобы разгладились эти горестные складочки вокруг рта её единственного друга… Так нужно. Она это сделает.
Вот только к кому обратиться с просьбой? Охотники редко задерживались в часовне подолгу, кроме тех, кого Эмили приходилось лечить в лазарете. Да и с теми, кому она бинтовала раны и ставила уколы, она говорила почти исключительно о лечении. Не хотела навязываться с пустой болтовнёй, да и занята была постоянно — и помощь прибывающим раненым надо оказать, и еду на всех обитателей приготовить, и порядок навести, и масла в лампады долить… Тут не до разговоров. И выходило так, что ни к кому из Охотников Эмили не могла обратиться как к знакомому — легко и без стеснения. Глупо… Но пересилить себя будет очень непросто.
Однако время шло, припасы заканчивались, выйти из часовни было необходимо, а Агата так нервничал, так переживал, что Эмили всё-таки улизнёт, не вооружившись, что девушка наконец набралась решимости и как-то раз поутру, потупившись, отчаянно покраснев и глядя в пол, обратилась к первому же вошедшему в часовню Охотнику:
— Доброго дня вам, сэр… Не могли бы вы мне помочь?..
— С радостью, мисс Лейтер, — отозвался Охотник. Таким знакомым голосом… Эмили испуганно вскинула взгляд — и резко вдохнула. Её словно обдало горячим паром и колкой изморозью одновременно.
Те самые зелёные глаза, тот самый острый взгляд из-под густых бровей…
На пороге часовни стоял Охотник, который спас её десяток дней назад. Ферн.
Он стянул с лица матерчатую повязку, снял шляпу и поклонился.
— Рад видеть вас в добром здравии. Я так понимаю, вы остались жить в часовне? Это очень хорошо, Агате тут скучно одному. Так чем я могу помочь?
— Я т-тоже рада видеть вас в добром здравии, господин Ферн, — запинаясь, пролепетала девушка. — Я… Мне… Не могли бы вы помочь мне с оружием? — выпалила она и снова опустила взгляд в пол, отчаянно ругая себя за косноязычие и глупость.
— С каким оружием? — удивился Ферн. — И чем я могу помочь?
— Мне нужно хотя бы какое-то оружие, чтобы выходить на улицу, — зачастила Эмили, не поднимая взгляда и мучительно преодолевая стеснение. — Агата сказал, что у нас тут есть трость-хлыст, но… Скорее всего она заржавела, и мы сами её…
— Трость-хлыст? — перебил её Ферн. — Для вас?.. Хм-м… А впрочем, почему бы и нет? Вы ведь умеете с ней обращаться?
— Нет… Откуда мне…
— А зачем она вам тогда вообще? Вы разве не знаете, что это оружие требует изрядной ловкости и мастерства в обращении, иначе вы скорее сами себя пораните, чем отобьётесь от чудовища?
— Ну вот… — прошептала Эмили, чувствуя, что на глаза наворачиваются слёзы. Зачем он говорит с ней так насмешливо? Она ведь не виновата, что родилась дочерью владельца мануфактуры, а не кейнхёрстского рыцаря-аристократа… — Я Агате то же самое говорила, а он… — Её голос предательски задрожал, и она замолчала, сжав губы и часто моргая.
