– Ага, – брат помог усесться, захлопнул дверь. Видок у него был какой-то странный… Загадочная полуулыбка, пристальный колкий взгляд и подрагивающие в ухмылке губы. – Пригласим Раевских, Каратика, даже Горозия обещался приехать завтра вместе с Куталадзе. Ну, что ты куксишься? Сколько лет назад мы вот так собирались? Или ты против провести выходные с родным братиком?
– Чё, прям все выходные? – моему возмущению не было предела! Как я буду улыбаться, смотреть всем в глаза, зная, что в соседнем доме тоскует моя любовь?
– А что такое? Ты же для этого с утра мне фуру мебели отправила? Это же намёк на то, что моей сестрёнке нет места в доме? Видишь, Вадик какой умный, – брат щёлкнул меня по носу и вклинился в плотный поток движения. – Считай, ошибку свою я признал. Каюсь, винюсь, стыжусь. Кстати, я почти всё собрал, Вер, поэтому спать будешь с комфортом…
Чёрт… И почему мне кажется, что я слышу в его словах издёвку?
Я украдкой написала сообщение, пытаясь слушать речь Вадима вполуха. Хоть он и вёл себя странно, слишком возбужденно, но спорить с ним было опасно, а то мало ли. Он с силой торнадо прошёлся по рынку, опустошая фермерские прилавки, будто на рать собрался готовить.
Смотрела на его сообщение и улыбалась, окончательно потеряв связь с реальностью. Нужно было убрать телефон, чтобы не злить Вадю, но не могла… Ждала чего-то особенного, важного.
– Ну? Чего притихла? – Вадим открыл мою дверь. Оказалось, что мы уже у его дома, а вдали маячит тонкая фигурка Леськи. – Выходи, моя задумчивая принцесска. Ты случаем не влюбилась? Не? А то в облаках летаешь, на рынке не торговалась, со мной не спорила. Всё хорошо?
– А вот это, Вадим Дмитрич, вмешательство в личную жизнь. Я к тебе не лезла! – прятала пунцовые от стыда щеки, делая вид, что что-то важное затерялось в закромах сумки. И спасение пришло… – Леся!
– Верка! – Леся выбежала из дома полуголая, натягивая кроссовки Вадима на ходу. Она что-то возбужденно шептала, щипала за руку, оборачивалась на мужа, занятого покупками, утягивая меня в сторону дома. – Идём, поможешь мне. Срррочно…
– Стоять! – рявкнул Вадим, буквально прожигая дыру в своей жене. Мы не просто замерли. Нас подкинуло, как на гранате, от одного только его крика. – Сначала мне тут помогите, а потом все ВМЕСТЕ пойдем на кухню.
Странный… Нервный какой-то, да и Леська аж в воздух подлетает, словно приоткрытая бутылочка газированного напитка. Того и гляди – зашипит и рванёт от внутреннего давления. Чёрт… А может, она мне секрет какой-нибудь рассказать хочет? Ой… А вдруг я скоро стану тётей?
– Слушайте, родные, – мы кое-как внесли в кухню ворох покупок, дыша, как лошади загнанные. – А вы уверены, что вам нечего мне рассказать?
– А тебе? – выпрямился Вадя, царапнул по мне взглядом.
– Нет…
– Вот и нам нет, – брат снова зыркнул на Леську, словно предупреждал о чём-то.
Так… Так… Так…
Нутро взбунтовалось! Я издалека чую угрозу, а ею здесь смердит, как на колдовских болотах. Подозрения стали принимать абсолютно реальные очертания. Все движения, перемигивания и то, как Вадим отчаянно пытался не оставлять нас с Леськой наедине – всё лишь подтверждало мои подозрения.
А когда он свернул тему к родителям, меня даже как-то отпустило. Братик прочитал мне нотацию, что какая бы кошка между мной и мамой не пробежала, я всё равно должна брать трубки, чтобы успокоить тревожное материнское сердечко.
