- Нет...
- Правильно, - согласилась она. - Журналистка нам пригодится, Даша.
- Я ее завербовала уже, - воодушевленно продолжила Даша. - Надеюсь, не подведет. Девчонка настырная. Она утверждает, что кто-то поставил себе цель опорочить Романа.
- Так его уже нет. Опорочить память что ли?
- Нет. Это было еще при нем. Пустили слух в газете, что продукция компании токсична для людей, хотя она предназначена как раз для бытовых целей. И стоило этой девочке попытаться разобраться в этом темном деле, ее тут же выгнали вон с работы. Хотя газета дала опровержение материала на Степченко, репутация, ежу понятно, была подпорчена изрядно. То есть, это опровержение как слону дробина в данном случае. И даже больше того - только еще больше разогрела интерес публики.
- Как, интересно, будет интерпретировать эту историю тебе Вележев? Да, Дашуля, считаю, что ты для первого раза прекрасно поработала.
Радневская подошла к окну, приоткрыла створку и выпустила на улицу густую струю дыма.
- А что за газетенка? - обернулась она в сторону Даши.
- "Наши новости". Такое вот название.
- Ага. Простенько и со вкусом. И главное, что я никогда не слышала про нее.
- И я тоже. Одна надежда, что ее мало кто знает и, соответственно, мало кто читает.
Галина глубоко затянулась и помотала головой.
- Ошибаешься, - выдохнув, ответила она. - Новости откровенно желтой прессы всегда находят свою невзыскательную, но достаточно многочисленную аудиторию.
- Да, Саша Кузнецова мне то же самое сказала, - упавшим голосом согласилась Даша. - Автор некий или некая "Пчелка". Узнать фамилию ей не удалось. Редакция охраняет тайну псевдонимов.
- Ну, скажем, в этом ничего крамольного нет. Это их право. При желании все равно узнать можно.
- Я тоже так думаю. Просто наша журналистка там лицо известное и с ней на эту тему никто разговаривать не будет. Я хорошенько обдумаю, как это сделать.
- Угу, - задумчиво барабаня пальцами по подоконнику, сказала Радневская. - Я тоже подумаю. Что-нибудь сообразим.
С этими словами она вернулась к столу и произнесла:
- Знаешь, меня вот не покидает чувство, что статья статьей, репутация репутацией, но что-то здесь есть еще, - она подняла кверху указательный палец. - Цель здесь должна быть конкретная, а не образ идеального Романа Степченко. Тем более, что сейчас из-за чего весь сыр-бор затевать? Теперь о репутации компании должны заботиться другие люди. Направление своей деятельности они ведь не меняли. Зачем же увольнять журналистку, которая захотела распутать клубок?
- Ох, не знаю я. Саша говорит, что ее якобы за несоответствие уволили, типа занималась не прямыми своими обязанностями, а лезла, куда не просили.
- Такое возможно в одном случае, если она пыталась заниматься розыском в свое рабочее время. Это я тебе как руководитель говорю. Но мне почему-то кажется, что твоя журналистка не настолько глупа, чтобы так подставляться.
- Нет, не глупа. Однозначно. Вот за ум и излишнее рвение ее и убрали с работы.
- Понимаешь, что это означает?
Даша поднялась и начала прохаживаться по гостиной, потирая руки.
- Что значит... наверное то, что тот, кто все это организовал, имеет отношение к "Мезатексу". И редактор газетенки с ним в сговоре. Поэтому Кузнецовой и отрезали путь к "Пчелке".
Она остановилась и посмотрела на Радневскую:
- И что теперь делать? Мне как-то не по себе становится.
- Мы с тобой мыслим одинаково. Теперь этот человек опасен и для твоей журналистки и для тебя. Но тут есть еще один интересный момент.
Даша вскинула брови и, не моргая, смотрела на Галину.
- Смотри, что получается, - Радневская понизила голос и, помолчав немного, продолжила: - если этот человек работает в компании, то по какой причине ему понадобилось плевать против ветра? Прибыли будут падать по всей вероятности. Так в чем логика? Подставить руководителя, чтобы занять его место? Но это не государственное предприятие, а потому тем, кто недоволен упавшей зарплатой, придется просто уходить. Таков закон бизнеса.
Даша отшатнулась от своей собеседницы и взялась руками за голову.
- Я просто сойду с ума, - тихо сказала она. - Но мне нельзя, у безумных детей отбирают. Поэтому придется идти окольными путями. В открытую здесь никто ничего не скажет. А это все время.
- Подожди впадать в панику. Ты же не одна. Есть я, есть твоя Кузнецова. Не может быть, чтобы мы совсем ни на что не пригодные были. Во всяком случае, я сегодня же наведу справки про редактора этих "Наших новостей". Обещаю тебе.
- Спасибо, Галина Арно... Галя, спасибо тебе, - Даша дотронулась до локтя Радневской и улыбнулась. - Я сейчас не знаю, как выразить свою благодарность, но одной мне не справиться.
- Даша, ты не будешь одна. Я тебе обещаю, как одинокий человек одинокому. Да-да, и не смотри на меня такими глазами. Я живу в своем мире воспоминаний, словно перелистывая страницы архивных книг...
- Что ты такое говоришь? Тебе же не сто лет, когда подводят итоги. Какой архив? Вселенской скукой веет, - Даша невольно рассмеялась. - Это шутка такая, я понимаю. Прямо Печорина передо мной стоит какая-то, а не Радневская.
