Гадание по чаинкам, кофе, потрохам куриц и кроликов, карты Таро, хиромантия — в этом году меня ожидало весьма интересное времяпрепровождение. Устроившись на дальнем диване у окна, я с отвращением рассматривал иллюстрации для гадания по внутренностям. Не знаю, какое будущее должны увидеть для себя по такой белиберде остальные, я вижу лишь пару часов в обнимку с тазиком. Почему, этот дерьмовый предмет в Шармбатоне является основным?
Чертова бабка, которая преподавала нам прорицание, была обвешана всевозможными оберегами, у нее тряслись руки, как у паралитика, и она шамкала, когда говорила. Эта припадочная обязательно нагадает мне что-нибудь эдакое: смерть от руки старого врага или просто смерть через линчевание.
— Здесь не занято? — Флер лучезарно улыбалась, смотря на меня. Я волосами на затылке чувствовал, как ее чары подбираются к моему сознанию. Очевидно, до сих пор дуется, что я тогда обхитрил ее, и ей пришлось меня догонять.
— Неужели, ты не хочешь сесть поближе — в первый ряд, чтобы лучше видеть, как наш преподаватель будет раскрывать секреты наших судеб?! — с притворным удивлением спросил я. Флер от удивления даже рот приоткрыла, она, наверное, думала, что я сразу же подвинусь и буду смотреть на нее глазами влюбленного придурка. — Но если не хочешь, конечно, садись! — гаденько улыбнувшись, закончил я и подвинулся.
Флер, молча, села, гордо выпрямив спину, натиск ее дара немного поутих. Старуха преподавательница еще больше затрясла руками, привлекая к себе внимание. Ее монотонный, шамкающий голос навивал у меня мысли о сне и… сне. Поэтому, чтобы не свалится с дивана, я попытался начать читать учебник с самого начала. Читать его оказалось еще хуже, чем слушать профессора. Десять раз пробежав глазами по первому абзацу, я не понял смысла ни одной фразы и сумел отметить только то, что алфавит я знаю.
— Дай руку, — голос Флер раздался совсем близко и, резко развернув голову, я столкнулся с ней нос к носу.
— Зачем? — тупо переспросил я, облизнув неожиданно пересохшие губы.
— Ты вообще слушал, что говорила профессор: мы должны погадать друг другу по ладони, — чертова вейла не отодвигалась от меня и испытывающе смотрела в мои глаза. Милая, мне тридцать четыре, если складывать обе жизни, и за те мысли, что сейчас бродят в моей голове относительно тебя, я могу заслужить газовую камеру. Еще раз облизнув губы, я отстранился насколько мог и протянул ей свою руку. Флер точно решила свести меня с ума сегодня. Ее тонкие длинные пальчики медленно, едва касаясь, проводили по линиям на моей ладони. Эти движения щекотали кожу, и я часто отдергивал руку, получая при этом шлепок по коленке.
— Прекрати делать так, я ничего не могу понять, — возмущенно шипела она каждый раз, но вскоре сдалась и раздраженно протянула мне свою ладошку.
О, я плохой мальчик! Я очень плохой мальчик! Зажав ее маленькую ладошку в своей руке, так чтобы она не смогла ее отдернуть, я начал с тем же садизмом, что и она, едва касаясь водить кончиками пальцев по линиям. На второй попытке отдернуть руку Флер поняла, что ее попытки тщетны, и, прикусив от досады губу, со злостью смотрела на меня.
— Ты посмотри: линия жизни хорошо очерчена и довольно длинна. А линия сердца — ух, да ты горячая штучка! — Флер покраснела и снова попыталась вырвать руку. Ну-ну, я еще не закончил! — Хм, а вот и линия любви — всего одна, надо же — значит, мужчина в твоей жизни будет один и на всю длинную жизнь! — я подмигнул Флер и слегка ослабил хватку так, что она, наконец, смогла вырвать ладошку из моих пальцев.
Ай да, Джаспер, ай да молодец! Я могу собой гордиться, я заставил Флер покраснеть и отвернуться от меня. Весь остаток урока она бросала на меня хмурые, не предвещающие ничего хорошего, взгляды. Следующие занятия у нас были различными, так что, выйдя из кабинета прорицаний, мы должны были разойтись в разные стороны. Пропустив даму вперед, я смотрел, как она летящей походкой идет по коридору. Ухмыльнувшись своим, что уж греха таить, развратным мыслям, я собирался пойти на следующее занятия, когда заметил, как какой-то паренек старательно вырисовывает в воздухе пасы для заклятия. Что-то в его движениях мне было смутно знакомо, где-то я уже видел, как такое делали. Но где?
Флер остановилась в коридоре, перебирая вещи в сумке — она стояла прямо на траектории движения будущего заклятия. Мальчишка заканчивал полукруговой пас, затем будет звезда, полукруг в другую сторону и атакующий пас. В сознании что-то щелкнуло: прежде, чем умерла Габриель, в нее попало это заклятие — подчинения. Меня буквально сдернуло с места, а парнишка уже чертил третью грань звезды. Быстрее, быстрее!
— Флер! — я успел закрыть ее собой, обнимая. Волной заклятия нас чуть не сшибло с ног, но каким-то чудом мы устояли. Флер смотрела на меня широко раскрытыми от удивления глазами. Мальчишка позади нас чертыхнулся и во все лопатки припустил прочь. Чувствуя, как по моему телу разливается непонятная магия, я с досадой подумал, что можно было просто закрыть ее щитом. Чертов гриффиндорец!
