Нет, как сказал Владимир Ильич Ленин, мы пойдем другим путем.
Необходимо распознать и расшифровать природу непобедимости как обособленного психологического явления. При этом фактор взаимовоздействия соперников – воздействия одной личности на другую – должен изучаться отдельно, специально.
Итак, непобедимость. Что лежит в ее фундаменте, поддерживает и питает ее как личностное образование?
Победы в детском возрасте? Да, безусловно, но они играют лишь дополнительную роль. Первопричина, без сомнения, лежит совсем в других пластах – в мотивации.
Здесь, вероятно, ключом может служить понятие «абсолютная мотивированность». Это качество, если оно есть, проявляется задолго до прихода в спорт, в самом-самом раннем возрасте.
Болезненное честолюбие, максимальное стремление к победе в любой детской игре, обостренная реакция на любую критику, на подавление его сопливой личности – вот черты «мотивированного» младенца. Стремление к известности, популярности, признанию у окружающих его права на лидерство – эти качества, вероятно, заложены в подсознании, обусловлены генетически. Драчуны и забияки, интриганы и ябеды, лидеры в подгузниках, колошматящие погремушкой братьев по разуму и горшку, ближе к спортивному пьедесталу, чем тихони из страха или тихони из благородства.
– Почему ты отдал без боя свой куличик?
– Потому что мне не жалко.
– А почему тебе не жалко?
– Потому что я добрый.
– А почему ты добрый?
– Потому что воспитательница велит.
– А почему ты ее слушаешься?
– Потому что я ее боюсь…
Получается, что в подоплеке детского благородства лежит страх? Если бы не страх, они вели бы себя иначе. Дети эгоистичны. И, в отличие от взрослых, искренни в своем эгоизме.
Итак, мотивация… Мотивация… Мотивация…
У большинства спортсменов механизмы мотивации работают на уровне бытового сознания. Поэтому мотивацию необходимо постоянно возбуждать, оптимизировать. Здесь у каждого, у каждой категории спортсменов, свой путь.
Первая категория. Спортсмены – люди долга. Ими движет любовь. К близким, к тренеру, к родине. Хорошие ребята, но их мало. Очень мало.
Вторая категория. Спортсмены-артисты. О-о-о… Они артистичны! Зрители, телевидение, реклама, интервью, слава, цветы… Наивные и невинные души. Бедняги, эти души они с легкостью губят. Тщеславие – грех.
М-да… А что не грех? Весь спорт – один сплошной грех. Потому-то и выплывает на самый верх чаще всего третья категория – спортсмены-человеконенавистники.
Их наполняет внутренней силой и ведет к победе лютая ненависть к сопернику. Для такого спортсмена его соперник – безусловное зло. Он ненавидит его самого, его тренера, его страну, его язык. Планету его тоже бы возненавидел и проклял! Но не может. Сам «на земле этой вечной живет».
Самое же потрясающее и аморальное в спорте – это то, что нет абсолютно никакой разницы в том, чем именно наполнена мотивация, какой именно энергией: энергией любви к родине и маме или энергией ненависти к сопернику и его омерзительной стране. Знак неважен! Важна наполненность. Так плавают под парусами. Даже встречный ветер можно разными хитростями заставить работать на себя. Однако в управлении парусами никто ничего аморального не находит. Эх, люди, люди… Людишечки… «Дети мои», как сказал бы Найдиффер-Люцифер.
Все три мотивации, первая – праведная, две оставшиеся – греховные, всевозможные и бесчисленные их гибриды, не работают без подпитки. Без подпитки они затухают, как затухают колебания маятника. Это главное, это ключ, открывающий дверь в кладовые истинной непобедимости. Всем и всегда нужно эмоциональное топливо! У кого этого топлива на данном этапе больше, тот и победит. То есть фактически побеждает не наиболее подготовленный, а наиболее мотивированный. Доказать это невозможно. Нет весов, способных взвесить эмоцию. Да и не разрешит никто подобного эксперимента: это явное вторжение в частное пространство личности. Особенно американцы развопятся: нарушение прав и свобод! А ведь это открытие, тут Нобелевская премия, только руку протяни. Эх, люди, людишечки…
Как нормальный советский человек, Макаров по-английски не говорил. По-французски, естественно, тоже. Это молодежь теперь практикуется с электронными переводчиками, переписывается эсэмэсками со всем миром, щебечет в Скайпе. В таких условиях можно хоть по-китайски заговорить, если хочется. Другая эпоха! А он мастодонт лопаторылый, железным занавесом крепко придавленный. Ну ничего, прорвемся!
Родной Аэрофлот перенес Макарова на быстрокрылом лайнере из Москвы в Монреаль, «а там рысцой и не стонать». В Монреале нужно сделать пересадку на внутренний рейс – до Калгари. Времени на пересадку достаточно: два с половиной часа.
