Под деревом, близ берега, росла стена зелени. Флинн вздохнул: дело намечалось небыстрое. Затем что-то привлекло его внимание. Ветка, которая торчала из подлеска горизонтально, была какая-то необычная.
Конец ветки был скруглённым и гладким. Подобравшись ближе, Флинн увидел, что из него свисают пучки льна. А ещё приблизившись, он понял, что лён пророс сквозь дыру на конце ветки. Теперь, когда он мог рассмотреть вполне отчётливо, стало ясно, что перед ним – старый льняной трос!
Верёвка истрепалась и подгнила, но переплетение волокон было по-прежнему хорошо различимо. Флинн поспешно вскарабкался по берегу, протиснулся между деревьев, отбрасывая с дороги ветки, чтобы разглядеть всё как следует. И – да, там, в лесу, застряла лодка его отца!
Когда мальчики, бледные от тревоги, примчались домой с бабушкиным кольцом, их бедная мама тревожно вскрикнула. Она затряслась с ног до головы, и отцу, стиснувшему челюсти от гнева, пришлось её успокаивать.
Несчастная Ада не понимала, что происходит, и всё спрашивала, приехала ли уже бабушка, и почему она отдала мальчикам своё кольцо.
В конце концов их мать взяла себя в руки. Они с отцом долго смотрели друг на друга, не говоря ни слова.
– Что такое? – спросил Пэдди, который не мог больше выносить тишину.
– Вам, мальчики, придётся отправиться на материк, – произнесла мама.
В первый раз в жизни Пэдди не нашёлся с ответом. Он сидел молча, оглушённый, и мысли в его голове крутились и вертелись во всех возможных направлениях.
Никто никогда прежде не предлагал им покинуть Остров – ради чего бы то ни было. А теперь казалось, что иного выбора, как уехать, у них нет.
Флинн подал голос:
– Но как?
– На моей лодке, – ответил отец.
Челюсти у братьев отпали. Удивление оказалось сильнее тревоги, и они хором произнесли:
– У тебя есть лодка?
Братьям потребовалось больше часа, чтобы обрубить деревья и лозы, которые разрослись вокруг лодки их отца. Это была тяжёлая, жаркая, выматывающая работа. Папе мальчиков оставалось лишь смотреть с противоположной стороны ручья. В итоге они смогли вытянуть лодку из зарослей.
Она оказалась слишком большой и тяжёлой для братьев, так что Флинн перебросил верёвку, которой она была привязана, через поток, а Пэдди привёл их верную лошадь, Трещотку. Та терпеливо ждала, пока Флинн обвяжет верёвку вокруг её груди и шеи. Наконец всё было готово. Пэдди вернулся на другой берег и встал с топором в руке на случай, если понадобится перерубить остатки лоз, цепляющихся за лодку.
– Готов? – спросил Флинн.
– Полностью, – отозвался брат.
Флинн пустил Трещотку вперёд.
После первого рывка, который потребовался, чтобы сдвинуть лодку с места, она неожиданно высвободилась и скользнула из-под деревьев вниз по берегу. Пэдди усмотрел в этом удачную возможность и запрыгнул на борт, выскочив из зарослей, точно викинг, заскакивающий на ладью.
– Капитан Пэдди готов заступить на вахту! – проорал он, отсалютовав Флинну и отцу, которые лишь рассмеялись.
Отцовская лодка вышла на открытую воду ручья, и Флинн беспристрастно оглядел её.
Это был тримаран – трёхкорпусная лодка с большим центральным отсеком и двумя поменьше по бокам, для устойчивости. Конструкция держалась на двух толстых балках, закреплённых крест-накрест. Центральный отсек в длину насчитывал более двадцати футов и в средней своей части был не менее двух футов шириной. Та вроде бы ветка, торчащая из кустов, которую заметил Флинн, оказалась бушпритом – к нему следовало привязывать верёвку, которая стабилизировала бы мачту. Спереди и сзади – на носу и на корме – этот отсек был покрыт грубо обтёсанными досками, что образовывало два крошечных ящика. Между ними находилась открытая часть, кокпит, где не было ничего, кроме двух простых скамей. Между ними было втиснуто весло. От кокпита к корме уходил длинный шест. Это был румпель – для того, чтобы управлять лодкой. Руль сам по себе был снят и спрятан в ящик в задней части лодки. Мачта и гик были прикреплены к перекрещённым балкам.
Было ясно, что тримаран давненько не использовался: отец мальчиков предполагал, что в последний раз видел его пятнадцать лет назад. Льняные тросы сгнили, а корпус прохудился. Паруса и вовсе не было нигде видно. Хотя древесина осталась точно в том же состоянии, как и в день постройки, – папа мальчиков прикрыл лодку несколькими слоями пальмовых листьев, чтобы уберечь от дождя.
– Помнится, при хорошем ветре она шла как по маслу и на приличной скорости, – заметил он, от чего Флинн и Пэдди вновь рассмеялись.
– Да неужто, капитан? – нахально произнёс Пэдди.
– Почему ты перестал на ней плавать? – спросил Флинн.
– Не было нужды, – ответил папа. – У меня было маленькое каноэ, на котором я рыбачил, а ваши бабушка и дедушка привозили всё, что нам было нужно, с материка на яхте. И потом, этой лодкой трудно управлять в одиночку. Думаете, вы справитесь?
Пэдди фыркнул:
– Да даже во сне! Легкотня!
Флинн же обдумал вопрос:
