Незнакомцы (СИ) полностью

Незнакомец: «Пришлось отдать. Род деятельности не позволяет ухаживать за живым существом постоянно»

Киваю экрану, как будто мы общаемся вживую. Про род деятельности Незнакомца я не спрашивала. Возможно, это привычка, сформировавшаяся рядом с Яровеем. О чем-то лучше не знать.

Лолита:«А у меня никогда не было собаки, но эти такие милые»

Незнакомец: «Это пока он не зассал тебе всю квартиру»

Открыто смеюсь, не сдержавшись.

Не поспоришь.

Дергаюсь, когда по плечу вниз пробегаются пальцы Кати. Подруга опускает взгляд в экран, я блокирую мобильный и прячу за спиной.

Поднимаю глаза. Катя в ответ щурится. Неуловимо напоминает маму и как бы пророчит ещё один неизбежный допрос.

— Что за тайны? Надеюсь, там хотя бы не дикпик от моего брата…

Подруга закатывает глаза, а я тем временем плотно краснею.

Мне неловко перед всеми. Артуром. Мамой. Катей. Старшими Зерновыми. Отчимом.

Но нет. Это не Артур.

Вместо внятного ответа сильно сжимаю руку подруги и веду нас обратно к кружку любительниц йоги и щенков. Уже тут на ухо Кате "исповедаюсь":

— Я просто рилс смешной увидела, а ты прямо уже…

— Телефон покажи. — Катя поигрывает бровями, я фыркаю, но мобильный не даю. Он еще несколько раз жужжит, но, как бы ни хотелось, нужно держаться.

Организаторы приглашают нас на террасу с видом на парк, где нас уже ждет свободный от глютена, лактозы и здравого смысла завтрак.

Он превращается для меня в мучение из-за собственного нетерпения. Еда не увлекает. Легкий хаус, который миксует диджей за пультом, не способствует релаксу. Темы кажутся глупыми. Я нетерпеливо дергаю ногой под столом, пока Катя не бросает на меня злой взгляд.

Отвернувшись, снова нахожу взглядом своего щенка. Теперь моей резинкой с ним играет девочка лет пяти. Рядом — скорее всего мама обсуждает что-то с женщиной-заводчицей. Внутри разгорается ревность, которую я быстро гашу. Кажется, сиротой мой малыш не останется. И это прекрасно.

Когда мы с Катей прощаемся, подруга обнимает меня напоследок крепко-крепко:

— Ты Артуру про презентацию Порше так и не ответила?

— Нет. Я ещё не знаю, какие у меня планы…

Скепсис на лице подруги выглядит максимально неподдельно. А затишье между мной и Зерновым длилось недолго. Артур дал мне чуть больше недели и снова пригласил. Вроде бы без очевидного двойного смысла. Просто на презентацию, которую устраивают его друзья. Но я же понимаю, что это приглашение с подтекстом, который развивать не хочу.

Давай просто дружить, Артур? Мне нравилось с тобой дружить…

Нужно хотя бы что-то ответить, но я оттягиваю.

— А у тебя же обычно такие насыщенные планы… Валяться дома. Играть в теннис. Что ещё? Ах да, пялиться в телефон!

— Катя, хотя бы ты не дави, — прошу, подруга слушается со вздохом. Я люблю ещё сильнее за то, что она не лезет в наши недоотношения с её братом.

Чмокнув в щеку, машет улыбающемуся Марку и направляется к своей машине.

А я сажусь на заднее сиденье и наконец-то ощущаю себя полноценно счастливой.

Марк поправляет зеркало заднего вида — я улавливаю в отражении его взгляд и улыбку. Улыбаюсь в ответ.

— У вас же скоро День рождения, Лолита Александровна…

— Ага, — о котором я, если честно, почти забыла.

— Так может быть вам щенка достать? Я с Борисом Андреевичем поговорю. Хотите?

Слова Марка трогают, но я всё равно мотаю головой.

— Не надо, Марк. Спасибо. Того, который мне понравился, девочка себе выбрала.

— Ну и что? Мы для Лолиты Александровны любого достанем. Что нам девочка?

Я знаю, что это не шутка. Но сейчас она вызывает протест, а не умиление. Я не хочу, чтобы из-за моей прихоти плакал ребенок. Настоящий подарок на День рождения мне всё равно не сделает никто.

Я хочу свободы.

— Не надо, Марк. Спасибо. Ничего не говори ни Борису Андреевичу, ни Олегу Викторовичу. Я подумаю про подарок.

Снова опускаю взгляд в телефон и наконец-то ныряю в наш с Незнакомцем чат.

«Собака — хорошее животное. Но ответственность в первую очередь. Как и любое другое живое существо»

Я согласна с ним полностью. Всю дорогу до загородного особняка Олега Яровея мы переписываемся. Обычно днем со временем у него сложнее, чем ночью, поэтому я упиваюсь возможностью поболтать, пока он доступен.

Собираюсь взлететь по лестнице в свою комнату, закрыться там и печатать… Печатать… Печатать…

Но уже на первой ступеньке меня тормозит оклик мамы.

— Лёль, — оглядываюсь и стараюсь быстро погасить внутреннее возмущение.

— Что-то срочное? — во второй раз за одно короткое утро прячу мобильный за спиной и крепко сжимаю. Это становится рефлексом и жизненно важной привычкой.

Мама пробегается по мне взглядом. Поднимается глазами к лицу.

— Зайди к Олегу. Он просил.

Лолита