И я решилась прогуляться одна. Возможно, и к лучшему, что Рамины нет. Ей совсем не нужно знать о ребенке. Я, стараясь не привлекать к себе внимания, покинула свое место. Только Кудряшка-Милта проводила меня хмурым взглядом, остальные, кажется, и не заметили моего ухода. Ну и отлично…
Я прошлась по близлежащим тропинкам, с тревогой вглядываясь вглубь сада, прислушиваясь к каждому шороху.
Внезапно за деревьями мелькнул женский силуэт, платье показалось похожим на то, что носила кормилица. Я тотчас устремилась туда. Так спешила, что, конечно же, не смотрела себе под ноги, не обращала внимания на ноющие ступни в неудобных туфлях , за что и поплатилась: хватило одного маленького камушка на дороге, чтобы я споткнулась и полетела на землю. От досады и злости на себя чуть не расплакалась. И коленку, кажется, содрала. Будь прокляты эти туфли!
За самобичеванием я не заметила, как ко мне кто-то подошел, и вздрогнула, когда у лица зависла открытая мужская ладонь, подняла глаза. Ноэр-ран. Смотрит на меня выжидательно.
– Вы будете подниматься, нира? – будничным тоном поинтересовался он.
– Да… Конечно, – получилось отчего-то шепотом. Я почти вложила свою руку в его, наши пальцы соприкоснулись – и по телу будто пробежали электрические искорки. На миг перехватило дыхание…
– Нира! Вот вы где! – раздался звонкий голос Рамины, а она сама уже летела ко мне на всех порах и в считанные секунды оказалась рядом.
Я сразу одернула руку от ноэр-рана, сбрасывая наваждение.
– Ноэр-ран, – Рамина быстро поклонилась мужчине и бросилась ко мне, помогая встать. – Что ж вы так, нира? Ушиблись?
– Я в порядке, Белла, – ответила я, наконец поднимаясь на ноги. Посмотрела на ноэр-рана: – Благодарю за заботу.
– В следующий раз будьте осторожней, – проговорил он и, развернувшись, пошел прочь.
– Действительно, надо осторожней, нира… – громко произнесла Рамина и стала отряхивать мне платье. – И зачем одни ушли?
– Хотела прогуляться, а тебя не было… – отозвалась я.
– Так я только на секундочку отошла, – терпеть понизила голос Рамина. – Миаша увидела в карауле… Но я только туда – и обратно. Сильно ударилась?
– Есть немного, – все же призналась я. А после добавила ворчливо: – И жалею, что надела твои туфли. Сплошное мучение в них… Еще и растянулась… Прямо перед ним, – я взглядом показала на удаляющегося ноэр-рана. – Позор какой-то…
– Что тебе он? Лучше о ноэр-гане думай. А туфли… Хорошо, так и быть, выброшу их. Кстати, как прошло чаепитие? Ой, а как тебе моя идея с тортом? – в глазах Рамины вспыхнула хитринка.
– Так это ты заставила его летать? – охнула я. – Я думала чья-то шутка!
– Да нет же! Это я решила сделать так, чтобы ты выглядела не хуже других охан. Зато теперь никто не будет сомневаться в том, что ты не из наших.
– Не думал, что это так утомительно, – сказал Санар. Он пригубил из бокала вина и откинулся на спинку кресла.
Ужинали они с братом только вдвоем. Геральд ел молча, погруженный в свои мысли.
– О чем ты постоянно думаешь? – одернул его Санар. – Лучше скажи, отметил кого-то среди невест? А то для меня они все как одна…
– Трудно пока сказать, – отозвался Геральд. – На лицо милы все. Ну а дальше надо смотреть… И выбирать тебе.
Санар небрежно махнул рукой:
– Если кто-то понравился, забирай себе. Если бы не глупые правила, я бы просто бросил жребий и женился на той, кто бы мне выпала. Знаешь, – вдруг произнес он отстраненно, – я ведь надеялся, что моя душа хоть к одной из них потянется, но увы… Похоже, там действительно ничего осталось.
Рука Геральда дрогнула, бокал со звоном ударился о край тарелки – и тут же, порывистым движением был оставлен в сторону.
– Рано делать такие выводы, Санар, – сказал он брату уже сдержанным тоном. – Десять невест, и ни с одной ты толком не общался, некоторых и вовсе не успел разглядеть. Попробуй узнать их поближе, возможно, сердце на кого-то и отзовется. Но предлагать мне одну из них не стоит. Я в этом не нуждаюсь.
– И тебе точно никто не приглянулся? – уточнил Санар.
Геральд отрицательно мотнул головой. Не приглянулась, скорее, заинтересовала. Блондинка, которая сидела прямо около него. Было в ней нечто неуловимо знакомо. Будто он когда-то уже видел ее, но не смог вспомнить. Вот только с этой Раминой Лердес Геральд никогда не был знаком, как никогда и не бывал в тех местах, откуда она родом. Откуда же он мог ее знать? Или же на кого она могла быть похожа?
