— Все понятно! Ты решила наставить меня на путь истинный? — Карасев нахмурился. — Учти, я все для себя решил. Мне моя жизнь нравится. Я почти полгода был без работы, а здесь я снова почувствовал себя человеком.
— Человеком? И при этом ты смеешь называть себя человеком? Ты — цепной пес, Карасев! Хозяин командует тебе «фас» и ты рвешь всякого, кто становится у вас на пути. Ты думаешь, Стечкин и Деренталь в случае твоего косяка защитят тебя? Черта с два! Они открестятся от тебя руками и ногами! И ты это понимаешь лучше меня. Ты…
— Ты много на себя берешь, — перебил ее Карасев и поднялся из-за стола. — Много себе позволяешь! Я сам определяю, как мне поступать! И ты, как и прочие радетели, мне не указ. Как-нибудь сам разберусь.
— Сам разберусь… — передразнила его Надежда. — Ты рассуждаешь, как ребенок. Первый класс, вторая четверть. Ты уже столько наворотил! Столько накуролесил.
— Надежда, ты не прокурор, а я — не обвиняемый. Смотрю, хватка у тебя железная. Но у нас с тобой разные пути-дороги.
— Разные, но ты не можешь не понимать, что твоя дорога — прямиком на нары. Я не говорю о такой мелочевке, как неприкрытое давление на прокурора и начальника РОВД. А сколько раз ты незаконно выдавал себя за действующего сотрудника МВД, причем, начальника Главка? Может, следует перечитать Уголовный Кодекс, вспомнить, что подзабылось?
— Слушай, — Карасев побагровел, — ты решила меня пронять? Заставить повиниться в содеянных злодеяниях? Учти, это не пройдет!
— Думаешь, от всех откупишься? Только от совести откупиться не получится. Ты замешан в таких делах, что лучше сейчас идти с повинной…
— Все! Хватит! Смотрю, ты много на себя берешь! Позволь мне самому разобраться со своими делами.
— Разбирайся! Давно пора! К примеру, почему твои киллеры не столь удачны, как тебе бы хотелось. Конечно, удачи у них случаются, равно как и неудачи. Тебе фамилия Дорин ничего не говорит?
Карасев покачал головой.
— Абсолютно ничего! Первый раз слышу.
— Напомню, если вылетело из головы. Дорин — глава фирмы «Промстройэнерго», у которого вы наглым образом отобрали векселя Коржавинского ЦБК. Это уже не просто грабеж, это разбой. А покушение на убийство?
— Какое покушение?
— Покушение на Дорина. Твой человек вывез его за город, столкнул в колодец, но не убил, только ранил. Теперь Дорин оклемался и дает показания. И знаешь кому? Ребятам из Управления собственной безопасности МВД. Потому что твой человек до сих пор служит в милиции.
— Чушь! Конкретная чушь! — пробормотал Карасев. — Первый раз слышу об этом Дорине.
— Это уже твои проблемы. Не слышал, тем хуже для тебя. Слышал, намотай себе на ус. Хуже, если наезд на Дорина был совершен с твоей подачи. Ты, вижу, в таких делишках преуспел. Видела сегодня, как вы прессовали прокурора!
— О чем вы с ним договорились? — быстро спросил Карасев. — Ты провела у него больше часа.
— Мы с ним пили чай и закусывали пирожками с капустой. Вы ж его чуть голодом не уморили!
— А ты, выходит, спасла? И вышла от него с крайне довольным видом.
— И это тебе доложили? Что ж, я польщена!
— И все-таки, зачем ты побывала у прокурора, а затем у начальника милиции? Ты хотела перетянуть их на свою сторону?
— Нет, милый мой! Это твои приятели во главе с тобой пытались уломать их! Заставить, не мытьем, так катаньем закрыть глаза на ваши половецкие пляски вокруг комбината. Слава Богу, они понимают, что им выгоднее соблюдать закон, чем манипулировать им в угоду некоторым изрядно зарвавшимся олигархам. Оно ведь так, сегодня олигарх, а завтра «Матросская тишина», небо в клеточку и роба в полосочку.
— По-о-онятно! — протянул Карасев язвительно. — А ведь я поначалу не придал значения, что в окружении Зарецкого появился новый человек. Баба — бывший начальник угрозыска. Баба, которая отбилась от киллеров. Нет, Надежда, ты даже не мина, ты фугас под нашим бронепоездом.
— Бронепоезд ваш на дутых шинах, Карасев. Хватит гвоздя, чтобы притормозить его, а после уничтожить прямой наводкой.
— И что за гвоздь ты нам приготовила?
— Гвоздь ты сам себе приготовил. Тот, который в гостинице. Почти сто человек, с автоматами. Если вы ринетесь на завод, ты себе подпишешь окончательный приговор. Я тебе советую, завтра до часу дня незамедлительно убрать своих бойцов из Коржавино. К двум часам дня здесь появится Овсиенко с СОБРом и ОМОНом. Незаконное вооруженное формирование… Ты знаешь, чем это пахнет? Хочешь поиграть в войнушку? Увы, не получится, товарищ генерал-лейтенант!
— Ты меня хочешь предупредить? Зачем?
— По той простой причине, что Зарецкому не нужны подобные схватки в центре города. Прокурор опасается, что разнесут гостиницу, начальник милиции побаивается беспорядков. Так что убирайтесь подобру-поздорову, пока вас не принудили к этому силой. Представь только, какой вой поднимется в прессе!
Она поднялась со стула.
Карасев с недоумением посмотрел на нее.
— В чем дело?
