После отрицания наступает стадия логического обоснования. Я ведь не такой монстр, как мой отец. Он разделывал юных девушек, держал их в заложниках и пытал в течение нескольких дней. А я всего лишь срезаю тонкую полоску кожи с партнеров по сексу, пока те спят. Ни один из них ни разу даже не вздрогнул и ничего не почувствовал. Невинная плата за проведенную вместе ночь. Между прочим, некоторые из них могли добровольно согласиться на такие условия: ночь безумного страстного секса без последствий и без обязательств взамен на тонкую полоску кожи, которая через несколько дней восстановится.
Не выпуская из рук флакон с этикеткой «Программист», я уставилась на свое отражение в зеркале. Только посмотрите на эту симпатичную и, очевидно, успешную женщину. Интересно, что у нее в руке…
Затем я вспомнила измазанный кровью детектива палец. О, это чувство. Этот запах. Это непреодолимое желание попробовать на вкус.
У меня подогнулись колени, и я опустилась на холодный кафель. Как человек, страдающий редким генетическим заболеванием, я знала, что одного только воспитания недостаточно. Все мы продукты природы. И такова была моя природа, отраженная в этой заполненной формальдегидом и человеческой кожей склянке, которую я плотно прижимала к груди.
Моя сестра не могла об этом узнать. Никто, абсолютно никто не должен об этом знать. Я совершила огромную ошибку, уступила своей слабости, пошла на поводу у генетической одержимости. Но я обязательно справлюсь с ней. Без сомнений. Почему бы и нет, в конце концов? Только для начала, конечно, нужно будет пережить эту странную пугающую неделю, когда призрак моего отца снова носится по Бостону и убивает женщин, а моя сестра проявляет поразительную осведомленность в вещах, о которых знать ничего не должна.
Сперва необходимо избавиться от улик: коробка, склянки, формальдегид, полоски человеческой кожи. От всего этого надо немедленно избавиться.
Вот только как? На самом деле формальдегид – это бесцветный газ, который растворяют в воде, чтобы в получившемся растворе сохранять различные опытные образцы. Он не только обладает ядовитыми свойствами при высокой концентрации, но также негативно сказывается на верхней респираторной системе, раздражает кожу и развивает некоторые виды рака. Нет нужды говорить, что утилизация формалиновых растворов должна осуществляться в соответствии с определенными правилами, и в домашних условиях производить ее довольно опасно.
Однако у меня нет другого выхода.
Проще всего было бы вылить формалин в раковину или смыть в унитаз, в надежде на то, что городская система водоснабжения успешно разбавит относительно небольшое количество формальдегида. К сожалению, я не уверена, безопасно ли это с криминалистической точки зрения. К примеру, может остаться резкий запах, который вряд ли перепутаешь с запахом туалетного очистителя. Кроме того, вдруг по наводке сестры ко мне в дом с обыском придут полицейские? Что, если они найдут следы формальдегида где-нибудь, скажем, под ободком унитаза или в сливе раковины? Честно говоря, я не знаю, возможно ли это. В медицинской школе это не проходят.
Нужно вынести формалин из дома. Отнести куда-нибудь подальше, а там уже избавиться и от него, и от кожи, и от стеклянных пузырьков, где она хранилась. И от самой обувной коробки.
Торговый центр. Место с огромным скоплением народа, где я смогу заходить в различные магазины и общественные туалеты, не вызывая подозрений. Одну склянку выкину здесь, другую – там. А потом, может, загляну в супермаркет. Ничего особенного, просто женщина делает покупки.
Должно сработать. Главное, оставаться спокойной, не привлекать внимания и не забывать, что кругом понатыканы камеры. Если за все эти годы сестра меня чему и научила, так это тому, что лучшая ложь должна обязательно быть прикрыта слоями правды. Прикуплю себе пару платьев от Энн Тейлор, а в супермаркете возьму хлеб и молоко. Ну а почему нет? Я всего лишь поехала за покупками.
Примерный план готов. Я сделала глубокий вдох и принялась за работу.
Натянула латексные перчатки. Теперь нужно слить формалин в один большой контейнер. Может, в стеклянную банку? Хотя это будет выглядеть странно. Если кто-то увидит в общественном туалете женщину с банкой, наполненной таинственной жидкостью… особенно в Бостоне, после взрывов на марафоне[14]. Нет, плохая идея.
Бутылки для воды из нержавеющей стали. У меня таких четыре или пять. Я выбрала свою наименее любимую, цвета синий металлик с черной крышкой, и поставила у раковины справа от себя. Затем взяла сумку для сэндвичей на молнии и положила ее по левую руку.
Полоска кожи отправляется в сумку, несколько миллилитров формалина – в бутылку. Легко и просто. Коллекция, которую я собирала на протяжении десяти лет, была уничтожена за пятнадцать минут.
Я расстегнула сумку, закрутила крышку бутылки и положила в свою сумочку.
Теперь нужно решить, что делать с двумя десятками склянок.
Я могла бы их помыть. Прогнать через посудомоечную машину и отвезти в свой офис.
