– Брат Игнатий был членом нашей общины два года. После рейда сатанинского воинства именующих себя Святой Инквизицией, он исчез с нашего поля зрения. Не обладая всей полнотой информации, мы сочли его предателем и отлучили от нашей библейской церкви «Возрождение Царства», являющейся единственным спасительным ковчегом на грешной земле. Однако, как выяснилось брат Игнатий не был предателем. Вернее, не таким предателем, как мы посчитали. Семь лет он стойко выносил мучения за имя Христа, но в конечном итоге, отрекся от Спасителя, приняв вероучение Вавилонской Блудницы. По свидетельству самого брата, он отрекся неискренне, продолжая хранить в сердце веру нашей избранной общины. Даже если брат Игнатий говорит правду, лицемерное отречение все равно является свидетельством малодушия. Оно же, в свою очередь, является грехом. Потому брат сейчас находится здесь, перед нами, желая покаяться в грехе и воссоединиться с верным стадом своего Пастыря. Однако, мы прекрасно знаем насколько хитер бывает сатана в своем желании уничтожить церковь, потому прежде чем принять покаяние брата, мы должны проверить: а насколько он искренен в своих словах? Действительно ли он является овцой, или же надел шкуру, скрывающую волчье обличье…
Пастор замолчал, а в зале послышались одобрительные возгласы. Иезекииль не мог видеть Себастьяна, но каким-то шестым чувством ощутил поданный сигнал. Тело мгновенно напряглось, готовое к быстрому броску. Умирать он не собирался. Особенно здесь, среди сумасшедших еретиков.
Где-то у входа в зал послышалась какая-то возня, затем в проходе показалась процессия. Впереди шли двое громил в серых одеждах – такие же привели его самого сюда – за ними худой человек в бесформенной робе темно-красного цвета, а замыкали процессию еще два конвоира. Иезекиилю хватило всего одного взгляда, чтобы узнать того, кто шел посередине. Его фото в последние дни мелькало во всех новостях, с призывами сообщить в инквизиторий, или штабу храмовников, любую информацию, связанную с данным персонажем. Тот самый Хабдан Абу Атхари, представитель Халифата, похищенный прямиком из своей резиденции.
Очень нехорошее предчувствие охватило инквизитора. По спине пробежал неприятный морозный холодок, а сердце мгновенно увеличило и без того бешенные обороты. Когда процессия дошла до конца прохода, представителя толкнули вперед, ставя рядом с инквизитором.
– Каждый из вас знает кто этот человек! – Себастьян, успевший спуститься с возвышенности, ткнул пальцем в представителя. Тот заметно вздрогнул и шарахнулся в сторону. Вернее, попытался шарахнуться. Тычок конвоира вбок тут же вернул его на прежнюю позицию. – Быть может, брат Игнатий не знает, но да эта информация не так важна. Важно другое: сумеет ли блудный сын доказать верность Христовой Церкви? – пастор оказался совсем рядом, вперив свой цепкий взгляд в лицо инквизитора. Иезекииль ничего не ответил, лишь облизнув пересохшие губы. – Сейчас мы это выясним. – Себастьян протянул руку, в которую один из конвоиров немедленно вложил пистолет. Взвесив на ладони оружие, пастор улыбнулся, протянул его Лжеигнатию, и когда тот принял пистолет, указал на бледного точно восковая фигура, представителя Халифата:
– Убей его!
Арабский Халифат.
Провинция «Ирак-Араби» под управлением эмира Абдуллаха аль-Мудаддина.
На высоте трехсот метров.
08:23.
