– Я беспокоюсь, что расхреначила все между нами. Что ты был прав, и я испортила нечто хорошее, потому что у меня слабая переносимость алкоголя.
«И потому, что ты слишком шикарен себе во вред», – добавляю я про себя.
– Нечто хорошее?
– Наши беговые отношения, – поясняю я.
Конор усмехается:
– Ну да.
Кажется, я краснею, но не могу сказать точно: мое тело слишком офигевает и получает слишком много стимуляции от его присутствия.
– Твоя подруга вчера повеселилась?
Резкая смена темы приводит меня в шок.
– Мэри. Э-э-э, да, наверное.
Я-то знаю, что да, но это мало относится к Клейтону Томасу. Я проснулась от кучи сообщений от Мэри, которая спрашивала про меня и Конора и сообщала о парне из команды, с которым она болтала на вечеринке.
– Хорошо.
– Почему ты спрашиваешь о Мэри? – уточняю я.
Конор хитро улыбается:
– Потому что я уже знаю, что тебе было хорошо.
В этот раз я точно краснею. Вот это я подставилась.
– Что ты тут делаешь? – резко спрашиваю я.
– В смысле?
– В Лоутоне. Ты просто случайно решил сюда заглянуть?
Конор кивает:
– Вообще-то да. Мне тут нравится. Мы с Эйданом и Хантером все время сюда ходим.
– Ты здесь один, – замечаю я.
– Сегодня матч. Наверстываем за прошлую неделю.
Я изгибаю брови, ведь это не ответ на мой вопрос. Он вздыхает.
– У меня стресс. Не хотелось, чтобы рядом кто-то был.
– О!
Конор смачно откусывает от буррито, и я наконец-то тоже начинаю есть. Рыбные тако такие же вкусные, как и в тот раз. Когда мы оба доедаем, Конор встает и убирает наш мусор.
– Идем. Отвезу тебя домой.
– Я не могу оставить машину!
– Волнуешься, что кто-то может взять ее покататься?
Я угрюмо смотрю на него.
– Ладно. Во сколько приедет эвакуатор?
Я кидаю взгляд на телефон и поражаюсь тому, сколько времени прошло.
– А ты знаешь, в любую минуту.
– Ну ладно, пошли.
Конор идет к двери, я за ним.
Когда мы доходим до парковки через дорогу, на ней стоит только моя машина. Даже старик уехал домой.
– Попробуй снова завести, – командует Конор, поднимая крышку капота. Я представляю его без футболки и с гаечным ключом. – Харлоу?
– Да, хорошо.
Я отпираю машину и снова пытаюсь повернуть ключ в замке зажигания. Ничего. Я вылезаю из машины и подхожу к Конору, который пялится на двигатель.
– Наверное, дело в коробке передач. Или барахлит карбюратор, – сообщает он мне.
– Ты разбираешься в машинах?
Он сверкает усмешкой, к которой должна прилагаться предупреждающая надпись: «Прикройте глаза, а то примете глупое решение!»
– Вообще нет.
Я закатываю глаза. Слава богу, именно в этот момент появляется эвакуатор. Я бросаю Конора, чтобы поболтать с водителем, мужчиной средних лет по имени Хэнк. Он точно так же, как и Конор, понятия не имеет, что может быть не так с машиной, но обещает, что в мастерской, куда он ее отвезет, получат мою контактную информацию и объяснят, в чем проблема, когда посмотрят машину. Потом он спрашивает, надо ли меня куда-нибудь подвезти.
Я с неохотой оборачиваюсь на Конора.
– Нет, спасибо.
– Ладно. Доброго вечера, мисс.
– И вам, – отвечаю я и подхожу к Конору: – Предложение подвезти еще в силе?
– Это как посмотреть. Ты просишь довезти тебя до Холта или прокатиться на моем?.. – Я свирепо гляжу на него, и он фыркает: – В силе.
Конор припарковался на главном проспекте. До школы меньше квартала. Он садится на водительское сиденье своей машины и перегибается, чтобы расчистить пассажирское место. Он явно не ожидал, что у него в скором времени появится второй пилот. Кожаное сиденье засыпано пустыми бутылками из-под воды, блокнотами и вырванными листками. Я подбираю пачку документов, а Конор зашвыривает пару бутылок из-под воды на заднее сиденье. Я перелистываю до второй страницы, украшенной большой красной пятеркой. У меня расширяются глаза. Я поднимаю взгляд и вижу, как Конор на меня смотрит.
– Что? – спрашивает он.
Я перелистываю страницу, чтобы он увидел, на что я смотрю.
– Впечатляет.
Конор безразлично пожимает плечами.
Я забираюсь на освободившееся сиденье.
– Это твоя специальность? Английский?
– Да, – подтверждает он.
– Не бизнес?
У Конора дергаются губы, когда я называю стереотипный профиль качков.
– Не бизнес.
Я гляжу в окно, за которым пролетают зеленые пейзажи. Мы доезжаем до Сомервилля, но Конор остается на шоссе.
– Ты пропустил поворот, – замечаю я.
– Я знаю.
Он едет дальше.
Я изучаю его профиль. Челюсть напряжена. Жилы на предплечьях вспухли: он сжимает руль куда крепче, чем нужно.
– Ну и… Куда мы едем?
– Увидишь.
Я испускаю вздох и снова смотрю на дорогу. Я смущена, но мне любопытно. Мы едем еще минут десять, а потом Конор тормозит, и я опознаю ларек с мороженым. Это простая будочка, явно сделанная для туристов, летом посещающих соседний пляж. Вдали виднеется океан.
– Мороженое?
Я в целом никак не могла придумать, куда мы могли ехать, но холодного лакомства в списке точно не было.
Конор пожимает плечами, глядя на мое ошарашенное лицо.
– Я не наелся.
Я смотрю на Конора и смеюсь.
– Ладно. Поедим мороженого.
