Никогда больше полностью

Август сказал мне, что я утонченная, и его взгляд задержался на мне на долгие минуты, как только я появилась, что, я думаю, является хорошим знаком. После этого я случайно раздавила корзину для пикника каблуком, не заметив её на полу, потому что была слишком взволнована, увидев его. И что я сделала? Я рассмеялась. Август, напротив, этого не сделал. Потом я пригласила его в гости, но он узнал, что я ужасный повар, и мы занялись любовью. Я не испытала оргазм дважды, как в тех романах, но он испытал один раз. Он мне очень нравится, и думаю, что я ему тоже нравлюсь, потому что потом он обнял меня. Это было как в книге. И вот я здесь, пишу это для себя вместо того, чтобы спать в уюте его объятий. Может быть, это настоящая любовь, как у мамы и папы?

Я смеялась над собой прежней, как будто она была кем — то другим, такой глупой и наивной. Мне не удавалось быть идеальной, и я понятия не имела об этом.

Я перевернула новую страницу.

— Да начнётся эра злодеев, моя дорогая.

Августу пришлось работать над проектом в университете с девушкой с красивым цветочным именем. Виолетта, я думаю. Я встретила её — она могла бы быть моделью. Она была добра ко мне, и у них уже были свои шуточки. Она кажется хорошей подругой. Но единственное, что я почувствовала, была ревность. То, как он впился в неё взглядом, было совсем не похоже на то, как он когда — либо смотрел на меня. На его лице была глупая банальная улыбка. Моё сердце хотело воспламениться. Мне кажется, я влюблена в него…Может быть, со временем он полюбит меня? Я сделаю всё, чтобы бороться за настоящую любовь. Может быть, она и есть злодейка, скрывающаяся за своим ангельским фасадом?

— Ну, это было неловко, — я избавила себя от чтения о том, как я пыталась удержать Августа, стараясь быть как можно более совершенной, но у меня ничего не получалось. Я не была избранной. Со временем я поблекла, и мои улыбки наполнились ревностью к милой и доброй Виолетте. В течение нескольких месяцев я верила, что испытаю то, чего жаждала больше всего: собственный роман.

— Она не была злодейкой, — пропела я высоким голосом, переходя к началу дневника, не имея ни малейшего желания вспоминать историю любви Августа и цветочницы. — Она не была злодейкой.

Я была той, кто стояла на пути их единственной настоящей любви, и теперь они были счастливы в браке, живя обычной жизнью.

— Сволочь, — выругалась я, прежде чем наткнулся на другой почерк.

В середине моего блокнота была вложена записка.

Пожалуйста, продолжай вдохновлять меня тем, кто ты есть.

Мои брови нахмурились при виде названия. Это был день, когда я встретила Августа в Les Beaux Arts семь лет назад.

— Я помню тот день.

Я пристально смотрю на почерк, погружаясь в воспоминания о прошлом, о котором не думала всё это время.

Я приехала в Les Beaux Arts пораньше, за исключением того, что по дороге мое длинное платье по злосчастной иронии зацепилось за колючий кустарник. Оно было порвано, и дергание за него не помогло делу. Я оставила свои вещи в студии, где работала музой, и заперлась в чем — то вроде подсобки, надеясь найти нитки, чтобы заштопать его, когда услышала, что прибывает группа студентов.

Короче говоря, они рылись в моих вещах и прочитали мой незаконченный роман, высмеивая моих персонажей и описывая меня как “мертвую невесту, которая разгуливала по залам, как злой призрак”.

Мой палец пробежался по странице этого дня.