– Вставала перед зеркалом. Конечно, абсурдно, но довольно забавно. Не представляете, как часто я мечтала, чтобы это не было просто игрой. Хотела иметь сестру, играть с ней, разговаривать, – вздохнула Даньелл. – Иметь сестру, свою копию и того же возраста? Я могу это только представить. Как бы мы были близки! И моя жизнь могла быть совершенно другой, будь у меня кто-то, на кого можно было бы положиться. О ком можно заботиться. За кого можно волноваться.
– Вы представления не имеете, насколько ошибаетесь, – фыркнул Кейд.
– Ошибаюсь? – покачала головой Даньелл.
Кейд подошел к дивану и протянул ей вновь наполненный бокал.
– Будьте осторожны со своими желаниями.
– Почему вы так говорите? – удивилась Даньелл, отпив вина.
Он сел, на этот раз ближе к ней. От Даньелл пахло лавандой. Кейд наклонился к ней так, что его губы оказались всего в нескольких дюймах от ее губ.
– Не можем ли мы поговорить о чем-то другом? Например, о том, как соблазнительны ваши губы.
Ее лицо вспыхнуло, но он заподозрил, что причиной этому вино. Кейд вспомнил, что ее не так легко смутить.
– О нет, – ответила она, порывисто отстранившись. – Вам не удастся напоить меня, чтобы целовать без помех.
– Не удастся?
Он недоуменно моргнул, потому что именно таковы были его планы.
– Нет.
– Не потрудитесь объяснить, почему? – спросил он в замешательстве. Раньше он никогда не бывал в замешательстве.
– Потому что это куда ниже вашего искусства обольщения.
– Разве?
Он снова заморгал. Нужно перестать моргать. Он наверняка выглядит идиотом.
– Мастер вроде вас может придумать куда лучший способ соблазнить женщину, чем подавать ей вино и садиться на диван чересчур близко к ней.
– Я могу?
В самом деле?
– Сомневаетесь в собственных силах?
Кейд почесал затылок. За все годы обольщения женщин – он уже и счет потерял, сколько их было, – он впервые встречал такую, которая переиграла его так незаметно и решительно. Неужели его действительно так легко разгадать? Пора менять тактику.
– Хотите сказать, что не желаете целоваться со мной?
Раздался звонкий смех:
– Не капризничайте. Вам не идет.
Капризничать? Никто и никогда не называл его капризным.
– Хорошо, мадемуазель, скажите, чего вы хотите?
– Хотелось бы, чтобы вы ответили на мой вопрос.
Вопрос? Она задала вопрос?
– Какой вопрос?
– Я сказала, что хотела иметь сестру, а вы посоветовали быть осторожней в своих желаниях. Вот я и спросила, почему вы так сказали.
Ах, это…
Кейд нахмурился. Она все еще хочет говорить об этом? Прекрасно. Он всмотрелся в рубиновую жидкость в бокале:
– Правду сказать, брат мне… не доверяет.
– Вы дали ему причины не доверять?
Эта женщина просто обожает задавать неудобные вопросы. Она словно точно знала, как пробить очередную дыру в его броне. Кейд подумал о том, что сказал Томлинсон.
«Вы случайно не Черный Лис?»
Кейд знал, что Рейф подозревает его. Знал это с того момента, как Рейф увидел в клубе газету и подозрительно уставился на него.
– Очень много, – прошептал он.
– Назовите хотя бы одну, – прошептала в ответ Даньелл. Она вела опасную игру, выспрашивая Кейда Кавендиша о его секретах. Ее сердце сжалось от страха. Он не скажет ей ничего, не вытащив на свет ее тайны. Необходимо о чем-то рассказать этому человеку.
«Мне нужно выполнять задание», – напомнила себе Даньелл. Гримальди желал знать, почему самопровозглашенная паршивая овца семьи Кавендишей находится в Лондоне. С кем и почему встречается. Именно по этой причине ее послали в дом виконта. Не любоваться прозрачно-голубыми глазами, не вдыхать исходящий от него запах древесного дыма и мыла. Не отмечать, как он наклоняет голову, любуясь ее губами. Не смотреть на очаровательную ямочку на его щеке. Боже, это только мешает делу!
– Меня не было много лет. Пока я в прошлом году не вернулся в Лондон, брат считал меня мертвым.
– Мертвым? – Это слово испугало ее. Она села прямее. – Почему?
Она отпила вина, пытаясь осмыслить это откровение.
Кейд протянул руку и кончиком пальца обвел вырез ее платья. Прямо по обнаженной коже.
– Скажем так: для моей работы лучше, если меня иногда считают мертвым.
– Что это, спрашивается, означает?
Но ее слова были немного бессвязны, учитывая, как отвлекал ее его палец.
– Я не всегда был на… стороне закона, – докончил он, проводя пальцем по вене от ее шеи до уха. Даньелл закрыла глаза. Этот человек точно знал, где именно коснуться женщины. Она в жизни не предполагала, что простое поглаживание мочки ее уха может оказаться таким…
– Что вы сделали? – выдохнула она.
– О нет, я не собираюсь выкладывать все свои секреты, мадемуазель. Особенно без небольшого… стимула.
– Какого именно? – не выдержала она.
Он подался вперед и поставил бокал на стол позади нее.
– Я мог бы попросить поцелуй, но вы были правы насчет меня, – прошептал он, приблизив к ее губам свои.
– Как? Когда?
Его взгляд завораживал.
– Когда вы сказали, что у меня не выйдет накачать вас вином и попытаться поцеловать.
– А вы разве не собирались это сделать?
О, почему это известие так ее разочаровало?
– Нет. Я из тех, кто предпочитает действовать.
Он притянул ее к себе.
