Когда вновь избранные депутаты впервые собрались на первую сессию Совета, среди них Влад насчитал двенадцать клиентов его сервиса, которым он лично оказывал какие-то услуги. Эта информация обнаружилась в период, когда главной задачей Дьякова как руководителя аппарата было заполнить пустые клеточки на листе ватмана с надписью «Структура Камского Совета народных депутатов» конкретными фамилиями, распределить депутатов по комитетам, выбрать руководство. И сделать все это требовалось без скрипа и топота.
Для Дьякова получить в этот момент дюжину готовеньких, неформально объединенных депутатов было ценнейшим подарком. По его просьбе Влад дружески советовал своим новым коллегам, но старым знакомым, претендовать на одни роли и оставить без внимания другие. Уговаривал поддержать хороших и, естественно, полезных людей и тормознуть некоторых ретивых.
В порядке взаимовыгодного обмена Дьяков знакомил молодого депутата с нужными людьми. В первую очередь, из аппарата областного исполкома. С теми, кто не принимает решений, но готовит их для вышестоящего руководства. В том числе и решения, способствующие его «Панельке» получить льготный кредит, выбрать выгодный таможенный тариф, снять в аренду для магазина здание на бойком месте.
Очень быстро новые знакомые убеждались, что чувство благодарности у молодого депутата развито не по годам. Ценное для себя открытие сделал и Влад: самым выгодным инвестиционным проектом девяностого года оказалось его спонтанно возникшее депутатство.
Закончив отвечать на вопросы, Брюллов направился к столикам, за которыми расположились его сослуживцы по облисполкому, но был перехвачен Морозовским.
– Юра! Мой кабельный шеф поручил мне с Ирой представлять нашу фирму в качестве спонсора. Приглашаем тебя пообщаться с этой не худшей частью нашего народа в неформальной обстановке. И еще, государственный ты мой, Ирина намекнула, что неправильно поймет, если ты в ее присутствии пойдешь в свободное плавание.
Спонсоры сдвинули четыре стола квадратом, уважительно налили докладчику и продолжили с ним выяснение жгучей проблемы: дальше в рынке будет лучше или страшней?
Минут через двадцать к нему подошел Атаманов. Мэр обнял Брюллова:
– Владимирович, с удачным дебютом!
– Спасибо, Николай Петрович. Хорошо, что хоть здесь пересеклись.
– У меня к тебе просьба: подсядь к нашему столику, просвети немного моих городских депутатов. Я, сидя с ними, прислушался, о чем же они беседуют. О социальных программах? О налогах? Фигушки! Они вспоминали победы советского хоккея в эпоху Тарасова. Разверни их лицом к современности.
Строгости последней антиалкогольной кампании остались позади. Спиртной допинг даже в малом количестве позитивно повлиял на сближение докладчика с аудиторией. Брюллов мягко и доходчиво критиковал нереальность «пятисот дней» Явлинского[44], разъяснял общую пользу, но индивидуальную опасность конкуренции, делился своим прогнозом на развитие экономических связей области с заграницей.
Речь текла как жидкая сталь, ровно, густо, излучая свои тысячу шестьсот градусов по Цельсию. Водка, конечно, влияла на «температуру стали», но она была не основным средством подогрева. Брюллова возбуждало внимание к тому, что он рассказывает, со стороны самых разных, но одинаково состоявшихся людей. Их интерес к нему не только как к «старшему по званию», но и как к профессионалу, к личности. Да и сосредоточенный взгляд одной миловидной слуги народа добавил свой десяток градусов.
Он даже ощутил себя воздушным шаром, который медленно поднимается в воздух, подогреваемый теплом сразу нескольких горелок. Но секундой позднее перехватил чуть ироничный взгляд жены и сразу вспомнил ее фирменное: «Не суетись под клиентом». Сразу же включив воображаемый выпускной клапан, Брюллов спустился с небес на землю.
Но главным клапаном, через который периодически со свистом вытекал позитив от новой работы, было явное несоответствие его высокого статуса вице-премьера правительства крупного промышленного региона с финансово-материальным обеспечением высокого звания. Все коллеги Брюллова по облисполкому были не только при деле, но и при ресурсах.
Председателю непосредственно было подчинено финансовое управление с его «карманными деньгами» – резервным фондом. Другим заместителям председателя были подконтрольны приличные деньги и фонды на «социалку», строительство, транспорт, связь, энергетику. И только он со своей новорожденной рыночной экономикой был обладателем лишь умных слов и приятных мечтаний. Пока их хватало лишь на то, чтобы объяснять проблемы, но не избавляться от них.