Привлекает еще одна лирическая сцена, когда стратилаты взмолились перед казнью, взывая к заступничеству епископа Николая. Но молить о помощи могли и язычники, и оглашенные — те, кто сочувствовал христианам, но еще не был сам таковым.
А вот Аблабий — и мы привели свидетельства — был настоящим христианином! И косвенная информация из старых текстов, а также и судьба его потомства неплохо это подтверждают.
Известна дочь Аблабия, красавица Олимпия (иногда ее называют Олимпиадой). В трудный для самого Аблабия год — 336-й — к ней стал свататься сын еще здравствующего тогда императора Константина Великого — Констант I, тогда руководивший Италией. Для обоих это был счастливый брак. Жена — красавица, муж — правитель части Римской империи. И для Аблабия — чем не завершение карьеры с хорошим наследством. Или — наоборот — чем не продолжение карьеры!
Но оказалось, что оттягивание помолвки и брачных церемоний лишь временно спасало жизнь Аблабия. Никто уже не мог ничего поделать, когда Константин Великий скончался. Брак отменили. Отца невесты — убили…
Олимпия ушла в тень из жизни двора. Но Констанций про нее не забыл. Когда погиб в 350 году Констант, пусть и не женившийся, но охраняющий честь, достоинство и жизнь своей бывшей невесты, император просто взял и выдал ее замуж за армянского царя Аршака II.
Читаем об этом в «Деяниях»
Одиннадцать лет спустя, в 361 году, царь Аршак скончался. Олимпия смогла переехать на родину. Здесь вновь вышла замуж, за проконсула Селевка. От нового мужа у нее родилась дочь, которую также назвали Олимпиада.
А вот теперь самое интересное. Будущая диакониса, сподвижница Иоанна Златоуста, Олимпиада вошла в христианскую историю как святая. Внучка префекта претория Аблабия, которому во сне являлся сам святитель Николай и который принял его укоры и поступил так, как требовал святой, Олимпиада появилась на свет Божий предположительно до 370 года. Поддерживала святителя Иоанна Златоуста, за что пострадала, была изгнана в провинцию, претерпела множество испытаний. Сам Григорий Богослов наставлял ее в девичестве, а знаменитые его «Советы Олимпиаде» для свадьбы стали примером поведения для молодых женщин.
Дата ее кончины — 408 или 409 год. Остались о ней, например, такие строки из книги «Лавсаик» Палладия Еле-нопольского: «Об Олимпиаде… С великою ревностию восходила по пути, ведущему на небо, и во всем последовала правилам Божественного Писания. По плоти была она дочерью проконсула Селевка, а по духу — истинным чадом Божиим, внучкою эпарха Аблабия и несколько дней невестою Невридия, эпарха константинопольского, в самом же деле ни за кого не вышла замуж. Говорят, что до самой смерти она пребыла непорочною девою, сожительницею Божественного слова, союзницею истинного смиренномудрия, щедрою помощницею всех нуждающихся. Она раздала все свое чрезвычайно большое богатство и помогала просто всем без различия. Ни город, ни деревня, ни пустыни, ни остров, ни отдаленные страны не были лишены щедрот этой славной девы… Рассылала милостыни по всей вселенной… Выкупив из рабства на волю бесчисленное множество рабов, она сделала их равночестными своему благородству»…
Нужно сказать, что в исторической науке еще нет полного согласия. Иногда, например, проконсула Селевка называют сыном Аблабия, а отцом святой Олимпиады — сенатора Аниция Секунда. Но это не важно. Другое сравнение важнее. Род Непотианов закончился тем, что был вырезан почти под корень. Род Аблабия возрос до святости. И даже трагическая кончина и зверское убийство самого префекта претория, которого по «Деянию о стратилатах» все считают «плохим человеком», стали прочной основой для произрастания духовного древа, направленного родословной лествицей — прямо в Небо.
Можно предположить, конечно, что стратилаты были крещены и являлись последователями Христа Спасителя. Они же строили «портики» у гробницы Николая Чудотворца (хотя произошло это по указанию императора)! Но это будет лишь предположение. Факты того времени если вовсе не утверждают это, то говорят, скорее, чуть ли не обратное. Не все в государстве римском тогда спешили стать буквальными почитателями Священного Писания и Нового Завета. Даже сам император Константин принял крещение только лишь в год своей кончины, за несколько дней до нее, хотя возвел христианство почти в ранг государственной религии.
Одно дело говорить, а другое — совершать поступки…
Почему же и зачем тогда им помогал святитель Николай?
Ответ на этот вопрос лежит в сфере духовной жизни и выбора, который неожиданно делает наделенный святостью подвижник. И смысл такого выбора иногда спрятан за пределами простого человеческого разумения…
