Доклад Кузнецова произвел на Сталина хорошее впечатление. В отличие от других адмиралов, командующий 5-м ВМФ докладывал по существу, четко и лаконично. За всем этим чувствовался большой опыт прошлой службы и высокий профессионализм. При этом Кузнецов (судя по протоколам совещания) не ввязывался ни в какие адмиральские склоки, вел себя предельно корректно и с достоинством.
Двухдневное общение с переругавшимися между собой адмиралами показало Сталину, что достойной кандидатуры на пост министра среди бывших фаворитов нет. Исакову не позволяло плохое здоровье, а Головко потерял доверие Сталина, попытавшись ввести его в заблуждение относительно характеристик нового эсминца 30-бис. Октябрьский был склонен к интригам, как и Абанькин. Адмирал Г. И. Левченко показал себя неплохим практиком, но только в решении конкретных узких задач. То же можно было сказать о командующих флотами адмиралах В. А. Андрееве, И. И. Байкове, Н. Е. Басистом, В. И. Платонове и Н. М. Харламове.
Лучшим кандидатом оставался Кузнецов, все еще пребывавший в опале.
После совещания была сформирована комиссия, которой предстояло подготовить постановление правительства и предложить и кандидатуру нового военно-морского министра. В ее состав вошли И. С. Юмашев (председатель), В. М. Молотов, Г. М. Маленков, Н. А. Булганин, Л. П. Берия, В. А. Малышев, И. И. Носенко, А. Г. Головко, П. С. Абанькин, А. В. Андреев, Н. Е. Басистый, А. М. Василевский, С. Е. Захаров, И. И. Байков, Н. Г. Кузнецов, Н. И. Виноградов, Г. П. Комаров, В. И. Платонов, Г. И. Левченко, Н. М. Харламов, С. М. Штеменко.
Обсуждали несколько кандидатур, большинство проголосовало за Кузнецова. Сталин утвердил его без всяких возражений. Как вспоминал Кузнецов, «на следующий день (после совещания. —
После этого, по воспоминаниям адмирала флота Н. Д. Сергеева, Сталин принял Кузнецова в своем кабинете. Там же находились Микоян, Маленков, Булганин и маршал Василевский. Кузнецова он встретил словами:
— Прибыл наш «подсудимый».
Встал из-за стола и, протянув руку, поздоровался:
— Здравствуйте, товарищ Кузнецов!
На что Кузнецов по старой привычке ответил:
— Здравия желаю, товарищ Сталин…
— Наш моряк уже забыл, какое у меня звание! — насмешливо сказал Сталин.
— Виноват, товарищ Генералиссимус Советского Союза! — извинился Кузнецов.
После этого Сталин сразу перешел к делу:
— У вашего преемника плохо идут дела. Должность военно-морского министра оказалась ему не под силу. Мы отстаем от крупных морских держав уже на 7–8 лет, надо наверстать упущенное, поэтому решено снова назначить вас.
— Благодарю за доверие! — ответил Кузнецов.
На это Сталин сказал:
— Принимайте дела. Только не задирайте нос…
На это Микоян сказал, что возьмет, по старой памяти, над Кузнецовым шефство.
После этого Сталин спросил Кузнецова, кого бы он рекомендовал на должность командующего 5-м ВМФ. Кузнецов предложил начальника Военно-морской академии вице-адмирала Ю. А. Пантелеева. На этом прием закончился.
Сразу же возник вопрос: а как быть со званием Кузнецова? Для руководства целым министерством звания вице-адмирала было явно недостаточно. Поэтому при обсуждении данного вопроса члены Политбюро обсуждали два варианта: первый — вернуть Кузнецову звание адмирала флота, второе — присвоить очередное звание адмирала. Неожиданно для всех Кузнецов выступил против обоих вариантов, заявив, что надо или восстановить его в старом звании адмирал флота, признав при этом разжалование ошибкой, или оставить в звании вице-адмирала.
Такая позиция для человека, только что возвращенного на олимп из опалы, была весьма рискованна. Но Кузнецов и здесь себя проявил. В результате он так и остался с погонами вице-адмирала.
