Пальцы крепче сжались на пистолете. Оставив его на столе, повернулся к Андреа и заставил открыть глаза, держа за плечи.
– Все будет хорошо, – ком в горле душил.
– Нет, – нахмурилась Андреа, сжав в кулаках ткань моей водолазки, – Я сказала, пообещать мне, что вы вернетесь живыми!
Начал гладить ее по лицу, убирая распущенные волосы. Губы нежно коснулись уст дьяволицы. Мне хотелось насладиться ее запахом, губами, глазами, улыбкой. Говорят, думать о плохом не стоит. Но не в нашем мире. В мире мафии, в первую очередь думать нужно о плохом. Было больно осознавать, что возможно, это наш…последний поцелуй. Возможно, в последний раз я вижу ее лесные глаза, заставляющие верить только в лучше. В последний раз вдыхаю цветочный аромат диких роз.
– Не могу, – прошептал, прикрыв веки, пытаясь держать слезы при себе. Правда ломала нас обоих, – Но обещаю, что сделаю все, чтобы спасти нашу малышку.
Андреа коснулась моей щеки. Ее пальцы прошлись по моим бровям, и ниже к глазам, словно она хотела запомнить каждую черту.
– Люблю, – Ощущение будто грудь распороли и вырвали сердце.
– До самой смерти, – улыбнулась птичка. Слезы потекли по ее белоснежным щекам, давая понимание, что эти слова имели теперь совершенно другой смысл.
– До самой смерти.
С усилием отпустив птичку, вышел из комнаты, чувствуя бездонную пустоту в груди с размером во вселенную. За дверью послышался всхлип, за которым последовал грохот. Андреа крушила всё в комнате, а с каждым шагом, отдалявшим меня от нее, во мне рушилось что-то важное.
Мне нужна была холодная голова, поэтому держался изо всех сил.
Габриэль, Тристан и Валентин ждали у машин, и еще несколько десяток солдат. Каир оставался вместе с Андреа, поэтому стоял за моей спиной у двери дома.
– Вернем принцесс домой, – Габриэль пытался держаться холоднокровным. Но в его глазах было столько же переживания, сколько и в моих.
Все направились по автомобилям. Я остановился перед тем, как сесть в свою, и повернулся в сторону окна кабинета, где оставил Андреа. Птичка стояла у стекла. Она улыбнулась мне. Эта улыбка была всем, что держало меня сейчас на ногах. Ради нее и Тины. Ради Инесс. Смысла моей жизни.
***
Ветер взвыл, воплощая ярость всего мира, когда наш клан остановился у скалы, где ждали люди Гамбино. Солнце скрылось за тучами, а ветер, бушуя вокруг, вздымал волны у подножья скалы.
Я сжал кули, увидев Тину и Инесс. Их глаза были зарыты, руки и ноги привязаны к стульям, стоявшим в нескольких футах от обрыва. Нетерпимо захотелось броситься к ним, но взгляд привлек Гамбино, неспешно выдвинувшийся в центр поляны со сплетенными руками за спиной, которые он «дружелюбно» раскинул в стороны при встрече.
– Ну наконец-то. Я уже думал не увижу тебя, Конселло, – его губы прорезал звериный оскал, – Я думал уже, эти моря вкусят смерть принцесс «Corvi».
– Заткнись, – грубо заткнул в ответ, – Говори, чего хочешь.
– Хочу, чтобы ты страдал, – краски и какой-либо смех сошел с лица ублюдка, – Почувствовал такую же боль, что и я ощутил. Кровь за кровь.
– Отпусти девочек, – выступил Габриэль, – И мы обговорим альтернативный вариант. Война ни к чему. Мы сильнее тебя, Зейд.
– Нет, – грубо рассмеялся Гамбино, – В моих руках самая большая слабость короля Италии, – его взгляд встретился с моим. – И ты серьезно думаешь, что еще сильнее меня?
Он был прав. Он поймал меня.
И я был готов отдать свою жизнь.
Даниэль уехал. Его не было больше часа. Я сидела в гостиной дома, срывая заусенцы. Мои ноги не находили покоя. Я тряслась, и Каир, стоящий рядом не знал, как меня успокоить. Вода стояла нетронутой. Еда тоже.
Телефон, который я в конце концов включила лежал на столе, и я ждала любого звонка, но не было ничего.
Минуты проходили длиною в жизнь.
Я считала.
Шестьдесят секунд.
Еще и еще.
Еще и еще столько же.
Привлекла меня только боль на большом пальце. Я разодрала кожу так, что потекла кровь. Сердце заколотилось сильнее. Снова это делаю. Неосознанно, но мой мозг блокировал внутреннюю боль внешней.
– Все в порядке? – нахмурился Каир, шагая за мной.
Кратко кивнула, скрываясь за дверью душевой. Подставила палец под холодную воду и попыталась дышать.
Телефон засветился и от неожиданности, чуть не уронила его в раковину. Я ожидала сообщение от Даниэля, но…нет. Это был совершенно незнакомый номер. Разблокировав мобильник, открыла входящее, и сердце упало в пятки.
Один удар. Моя грудь взорвалась болью. Руки задрожали еще больше. Почему-то с губ сорвался смех. Я могу спасти дочь. Помочь Даниэлю.