Но Оливье ответить не успел. Вместо него это сделал Кинберг, внезапно вошедший в гостиную.
– Я наскочил на него, едва не сбив с ног. Он сказал, что пожалуется своей хозяйке, мисс Роуз, – с улыбкой произнёс Эдвард.
Оливье осуждающе покачал головой.
– На вас это похоже, граф, не замечать людей вокруг, – холодно произнесла Элен.
Кинберг развёл руками.
– Что поделать, во мне куча недостатков.
– Как вы вообще вошли сюда?
– О, я встретил прелестницу Кэти, которая подметала дорожку перед домом. Она меня узнала и с радостью впустила.
– Оливье, внуши Кэти, что она не должна открывать двери посторонним без моего разрешения, – с напускной строгостью сказала Элен.
– Конечно, мисс Роуз. Вам и графу Кинбергу ещё что-нибудь нужно?
– Я бы выпи…
– Нет. Можешь идти, Оливье, – отпустила слугу девушка.
Когда тот вышел из комнаты, Эдвард заметил:
– Как-то неуютно быть гостем в вашем доме.
– Просто не всем гостям здесь рады, граф.
Кинберг пропустил её намек мимо ушей.
– Прошу прощения, что пришёл без цветов, мисс Анески-Роуз. Я просто не был уверен, что вы не отхлестаете ими меня, как только увидите.
– Ну что вы, мне было бы жаль цветы.
Граф улыбнулся, оценивая остроумие Элен.
– Ну так, чем обязана? – после небольшой паузы спросила хозяйка дома.
– Я пришёл истребовать долг, мисс Роуз.
– Долг? – не поняла Элен.
– Именно. Позволю себе напомнить вам наш разговор в игорном доме, где вы пытались отдать мне деньги за Кэти, а я сказал, что возьму долг другим образом.
Девушка поняла, о чём говорит граф и почувствовала, как краска снова заливает лицо. Тогда она подумала, что Кинберг потребует её тела, но он догадался о её неприличных мыслях и лишь посмеялся над ней. Может он всё же передумал и возьмёт деньгами?
– Я слушаю вас, граф, – решительно сказала она.
– Вы даете слово, что исполните всё, о чём бы я ни попросил?
Элен нетерпеливо вздохнула.
– Граф Кинберг, к чему этот пафос? Да, я отплачу долг, если это будет в моих силах.
– Прекрасно. Сегодня ночью.
– Что? – не поняла Элен.
Неужели Эдвард всё же претендует на её тело?
– Мисс Роуз, я прошу отдать долг сегодня ночью, – повторил граф.
– Но… как?
– О, не стоит пугаться. Я всего лишь приглашаю вас на небольшую прогулку.
– Но почему ночью?
Кинберг загадочно улыбнулся.
– Видите ли, то заведение, которое мы посетим, открывается поздно вечером.
И пока Элен судорожно пыталась понять о каком заведении идёт речь, Эдвард добавил:
– Мы пойдём с вами в публичный дом.
С минуту девушка стояла, пытаясь понять, шутит ли Кинберг, но, несмотря на улыбку, играющую у него на губах, он, по всей видимости, говорил серьезно.
– Вы сошли с ума? – наконец спросила она.
– Мисс Роуз, полагаю, вы никогда не бывали в таких местах. Неужели вам не интересно?
– Мне абсолютно неинтересно! – уверила графа девушка и гордо вскинула голову. – Я из приличной семьи, мне даже думать неприятно, что кто-то может посещать такие места.
– Ну тем любопытнее будет за вами там наблюдать, – подытожил Эдвард, полагая, что спор окончен.
– Я не пойду в пуб… в это заведение!
– То есть вы отказываетесь платить долг? – уточнил Кинберг и он знал, на что давить.
– Нет, но придумайте что-нибудь другое!
– Хорошо, – легко согласился Эдвард, но расслабиться Элен не успела, как он добавил: – Тогда пробегитесь по улице голышом.
– Вы извращенец!
Эдвард так искренне рассмеялся, что девушка поняла, что ему чертовски нравиться её дразнить.
– Мисс Роуз, а на что вы рассчитывали? Что я попрошу спеть мне псалом или заставлю кукарекать под столом?
Элен плотно сжала губы в бессильном бешенстве, глядя, как широко улыбается граф, ожидая её ответа со сложенными на груди руками. Он не подгонял её, потому что понимал, птичке в клетке деваться некуда и рано или поздно, она сдастся.
– Хорошо, – после мучительных раздумий о том, как выкрутиться, сказала Элен. – Я пойду с вами туда.
– В публичный дом?
– Да.
– Туда, где мужчины придаются плотским утехам? – подначивал её Эдвард.
– Да! Да! Да! Чёрт бы вас побрал, Кинберг! – наконец-то она сказала это ему в лицо.
***
Ёжась от ночной прохлады, Элен стояла под тем самым деревом, под которым они с Кинбергом однажды прятались от разъяренного полковника. Именно здесь граф назначил ей встречу, чтобы отвести в публичный дом. Самого Эдварда ещё не было, и девушка уже не один раз пожалела, что не прихватила с собой шаль. На Элен было надето простое платье служанки, которое она попросила у Кэти. Та была весьма удивлена просьбе хозяйки и долго рылась в вещах, выбирая одежду получше. Но в итоге Роуз всё равно отвергла яркое праздничное платье Кэти и выбрала юбку и блузу невзрачного серого цвета.
– Но зачем вам моя одежда, мисс Роуз?
– Я беру её ненадолго. Завтра верну и… дам тебе денег на покупку нового платья, в благодарность.
– Хорошо, но…
– Пожалуйста, не говори ничего Оливье. Он будет волноваться, а мне всего лишь надо… слиться с толпой.
– Какой толпой? – непонимающе хлопала глазами служанка, а Элен никак не могла придумать правдоподобного ответа.
– Потом, всё потом, Кэти.
