Андреа крепче вцепилась в мое плечо, все ещё удерживаясь на мне. Я держал её на одной руке, другой начиная медленно стягивать лямки пеньюара. Нагой вид её груди заставил резко втянуть воздух, и прикусить каждый. Андреа тихо простонала, когда язык начал рисовать круги на левом соске.
Она также не возражает, когда начинаю скользить ниже, к её животу, и медленно рисовать путь к основанию трусиков. Я сел на колени, и вцепившись в её бедра, приподнял выше.
– Даниэль, – возбужденный голос заставляет внутри все дернутся, – Мы в примерочной, – решает Андреа образумиться, когда мои губы сомкнулись на внутренней части её бедра.
Не сдержавшись, прикусываю её кожу, и следом облизываю. Девушка вздрагивает от этого действия, оттягивая свою нижнюю губу.
– Боишься, что я трахну тебя в общественном месте? – дыхание опаляет ее промежность.
Стягиваю её белое белье. Андреа не сопротивляется, блуждающим и полным возбуждения взглядом следя за моими действиями. Не отрывая от дьяволицы глаз, касаюсь языком ее центра. Андреа откидывает голову назад, цепляясь в зеркало.
– Ох, черт, – тело дьяволицы покрылось мелкой дрожью под моими касаниями.
Медленный ритм сводит её с ума. Андреа ерзает от ползущего по ее телу удовольствия, когда сцепляю губы на клиторе, и закрывает свой маленький ротик руками, заглушая крик. Она пытается медленно дышать, когда мой язык вновь начинает свои действия. Ещё быстрее. Её пальцы вбиваются в мои волосы, и сжимают, что посылает по телу вихрь возбуждения.
– Черт, – тихий стон срывается с её розовых губ, – Я…я сейчас.
– Кончай, – выдаю я, и её тело словно по приказу, содрогается в моих руках, когда дьяволицу накрывает волна оргазма.
Я остро чувствую ее прекрасный вкус на губах, что сводит с ума ещё сильнее.
Привстав, опускаю девушку, придерживая за талию. Её колени были в секунде оттого, чтобы подкосится. Зелёные глаза встречаются с моими. На губах заигрывает победная ухмылка, когда облизываю их, и подушечкой большого пальца вытираю рот. Глаза Андреа неосознанно округляются, и чертовка отводит их с моей персоны. Разрываясь изнутри, и держа себя в руках, чтобы прямо здесь не взять свою как бы
– Захочешь продолжение, обращайся, – язык медленно проходит по её подбородку, заставляя чертовку задохнуться.
Оставив девушку в поражении, разворачиваюсь и ухожу, пока не натворил глупостей. Инесс встретила меня с надутыми губами, и пристальным взглядом, стоя рядом с Габриэлем и Каиром.
– Мне нужно было её увидеть, ясно? – кидаю в её сторону, – Не стоит драматизировать.
Инесс щурит глаза в хитрости, растягивая губы в ухмылке. Эта бесящая морда собирается что-то спросить.
– Один день, – вылетает с ее уст.
Мои губы делают то же самое.
– О, нет, – качаю головой, – Никаких дней.
– Дэни, ну, пожалуйста, – выпучивает та глаза. Детское прозвище, заставляет внутри все передернутся, – Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, – девчонка складывает руки в знак мольбы.
Все дело в том, что отец всегда держит единственную ночь под контролем. Кристиана можно сказать даже зациклена на этом. Но иногда у меня получается отпустить или выпросить её на один вечер или день. Так, она делает что хочет. Конечно, не без охраны, но все же.
– Ну же босс, – рука Габриэля ложиться на моё плечо, – Ты нарушил девичник, теперь платись, – усмешка на его губах включает желание врезать по самодовольной морде.
– Хорошо, – киваю в конце концов, устало потирая виски, – Каир поедет с тобой, и смотри, – указательный палец поднимается в предупреждающей манере, – Без глупостей.
– Лучший! – подпрыгивая на месте, хлопает в ладоши словно маленький ребёнок, – Обожаю тебя, – Инесс крепко обнимает меня, и я отвечаю на объятия, не сдерживая улыбку.
– Кристиана выпьет мою кровь, – подыгрываю, зная какие возмущения предъявит женщина.
– Да ладно, – отойдя на шаг, махает рукой Инесс, – Ты бессмертный, – хихикает она.
– Он мерзавец, – невозмутимый голос дьяволицы проносится за нашими спинами.
Всё посмотрели на неё.
Мне нравилась эта злость. Не такой, которой прожигают врагов, как должно быть в нашем случае. Нет. Она искрилась, электризовалась и прожигала всё между нами. Ее глаза кидали вызов.
Андреа шагает к нам. Её цветочный аромат, отдающиеся дикими розами дурманил разум. Воспользовавшись моментом, когда мы остались позади ото всех, шедших в направлении выхода, наклонился к ней, и тихо прошептал:
– Мерзавец, который языком довёл тебе до оргазма несколько минут назад?
Ее щеки розовеют еще сильнее. Дьяволица осматривается по сторонам, словно испугавшись что нас кто-то услышал.
– Что такое, дьяволица? – мы идём к остальным, – Мы недавно женатая пара. Страсть между нами объяснима, – ухмылка на лице становится шире, а угрюмость девушки хуже.