– Ха! Вам, небось, про меня малыш Коляда насплетничал с три короба, верно? Так я и знала! Да мне давным-давно уже осточертели все эти раскаленные перья! Но, к несчастью, я продула Жар-птице пари и теперь вынуждена согласно уговору маяться с их взращиванием либо год, либо до встречи с живыми земными людьми – то бишь, по сегодняшний день. Так что мне ли отказывать вам, добры молодцы? Благодарствую от души! Вы получите то, за чем пришли.
С этими словами птица Алконост неожиданно, по-птичьи резко, повернула к Этьену голову, снова ставшую человечьей, улыбнулась и пропела, властно и гипнотично глядя при этом в глаза:
После чего птица поднялась, внезапно распрямив свои длинные кожистые ноги, вытянула шею и как будто увеличилась в размерах. Поведя крыльями, она легко стряхнула с себя руки державших ее Буривоя, Садко и Пересвета – причем, даже не обернувшись, словно они странным образом перестали для нее существовать.
Сын Шаровой Молнии поднялся с колен, приблизился к птице Алконост и, оказавшись одного роста с ней, легко отыскал на выпяченном женском торсе, покрытом густым иссиня-фиолетовым оперением, золотое светящееся перышко.
– Другой бы на твоем месте получил тяжелейший ожог, лишь прикоснувшись к златому перу, – нравоучительно заметила птица Алконост, – так что если в следующий раз захочешь посетить Божественные Небеса, то будь добр, Этьен, оставь друзей дома и не подвергай опасности! Мало ли что их может подстерегать в этих необычных местах? Да не спеши использовать артефакт раньше времени, помни, что тебе, скорее всего, придется слетать на реку Кататумбо и…
****
– Что значит «настоящий Эрик смог проснуться?» О чем таком оповестила Этьена вещая птица? И как понимать «домой вернуться»? – не выдержав, зачастила я. —Алконост произнесла эти слова так, словно Этьен знал, что она имела в виду. Но он-то не знал! Ведь не знал же? Или знал?..
– Я не могу пока истолковать столь странное предначертание, Коко, – сказала Цветана Руса, – но как бы там ни было, мне оно тоже ужасно не нравится.
– Наверное, помимо Бальтазара Брауна есть еще настоящий Эрик Эрикссон… – раздумчиво начала Веденея и растерянно умолкла.
– Но почему же тогда он не может проснуться? – удивился Себастьян Хартманн.
– Очевидно, самозванец Бальтазар Браун держит настоящего Эрика в плену и пичкает всякой дрянью, – предположил Порфирий Печерский.
– Трансляция завершена, – неожиданно громко объявил Добрыня, и мы обратили внимание на то, что изображение на экране померкло.
– Значит, сейчас все наши будут дома! – весело заметила Наташа. И не успела она договорить, как четыре силуэта товарищей появились на склоне вулкана.
Невеселый Новый год
Едва друзья приблизились к нам, как Этьен, не дав мне вставить и словечка, торопливо произнес:
– Надо немедленно улетать. Бальтазар Браун с минуты на минуту может здесь появиться.
– Да я смотрю, вы тут расквартировались, – усмехнулся Пересвет, помогая Наташе с Добрыней скатывать спальные мешки.
По склону мы спускались почти бегом. Сын Шаровой Молнии, все еще державший в руке огненное перышко с острой мизерикордией вместо стержня, достал из кармана куртки холщовый кисет. Спрятав в него драгоценную добычу, он надел кисет на шею и засунул под свитер.
– Это чтобы не обронить перо в пути и случайно ничего не поджечь, – впопыхах пояснил мой возлюбленный, заметив, что я за ним наблюдаю. Мне показалось, будто Этьен немного повеселел, точно у него отлегло от сердца.
– Включаем антирадар и переводим «Глорию» в режим маскировки stealth, – приказал он товарищам, когда Марсело отвязал гайдроп, и друзья приготовились подняться на борт.
– Так ведь «невидимки» запрещены, – удивился Себастьян Хартманн.
– На то они и «невидимки», чтобы никто про них не узнал, – лукаво подмигнул летчику Этьен.
– Не видны? Ты хочешь сказать, что у тебя не просто антирадарное покрытие, а stealth – зеркала?! Последнее изобретение?! – вскричал Себастьян, задохнувшись от волнения.
– Ну да, – преспокойно, как ни в чем не бывало, ответил Этьен, – ведь антирадар стал бессмыслен из-за фиксирующих спутников Маска. Теперь только зеркала.
– Так чего ж ты раньше их не использовал? И мы, как дураки, поперлись в эту динамическую реальность, вместо того чтобы стать невидимыми и полететь прямиком сюда! – недоуменно воскликнул Себастьян, вскидывая руки.
– Надеюсь, ты читал обо всех недоработках экспериментальных зеркал, – мягко напомнил ему Этьен, – к примеру, о том, что они запотевают, и что сложный двойной отражающий эффект, предназначенный для поглощения бликов, способен привести к перегреву корпуса судна, и тому подобное. Так вот: пока мы пролетаем над снегами или чистой голубой водой, здесь, на севере, нам ничего не грозит. Но едва войдем в зеленую зону, как от stealth придется отказаться.
