— Минут десять, — ответил Борис, который вытащил неизвестно откуда газету и сейчас внимательно ее изучал. – Но может быть и быстрее – как получится.
Через десять минут, как Леха и обещал, они дружно жевали мясо. Дима аккуратно отгибал края целлофанового пакета, в который была завернута шаурма, и закрывал глаза от удовольствия.
— Умеют же, если захотят…
— Любого человека надо заинтересовать, — кивнул Борис, прикладываясь к своему шашлыку. – Ведь семьдесят рублей за эту фигню – многовато, не кажется? Вот они и делают хорошо, чтобы родник не иссяк.
— Такой родник – никогда не иссякнет… — протянул Леха, откинув назад кресло. – Такой родник – вечный. Если только какой–нибудь дурацкий закон не примут.
Дима посмотрел на него, потом открыл ноутбук и ткнул пальцем в одно из окон, что были на экране.
— Уже приняли. Паспорт моряка отменили. Аукционы, сам знаешь, закрывают для доступа…
— А ты–то нам на что?
— Это – не обсуждается. Вообще, то, что в нашей машине происходит, несколько отличается от окружающей жизни. Короче – проблему можно создать на ровном месте; на то оно и правительство, чтобы нашими делами особо не заморачиваться. Они там делают то, что только им самими и нужно.
— Ну, ты на своего любимого конька сел, — протянул Борис. – Чего за лекция–то? К чему? Мы все и так знаем. Пусть сдохнет тот, кто нас не любит – правильно?
— Правильно, — ответил ему Дима. – Я просто хотел сказать – пока в стране бардак, будет все так, как на этом рынке. Будут продавать всякое дерьмо, и никто никогда не разберется – чего ему подсунули. Подделывают все – документы, машины, агрегаты, доллары! Все! Ты можешь на секунду, Борис, представить, какая масса денег сейчас находится в карманах тех людей, что по рынку ходят или в машинах сидят?! А сколько из них фальшивых? А сколько машин, привезенных из Японии, вылечено от разных болезней – только чтобы продать? Сколько сделано разных бумаг, сколько подшаманено железа, сколько выдраено прокуренных, затопленных салонов, сколько людей будет обмануто и чертовски пожалеет о покупке спустя какое–то время?
Борис аккуратно макнул кусок мяса в соус, отправил его в рот и согласно кивнул. Леха тоже особо не отвлекался от еды во время этого монолога.
— Я просто хочу понять, — не унимался Дима. – Ведь это вполне нормальное желание? Скажите мне, какого черта все это происходит? Почему всем затуманила мозги жажда наживы, причем за счет других? Нет бы самому что–нибудь делать руками, производить общественно полезный продукт… Так нет же, обмануть, надуть, заставить расстаться с деньгами любой ценой! И ведь спят же потом спокойно!
— Дим, остынь, — вдруг сказал Леха. – Ты сам–то понял, что сказал?
— Понял, — отмахнулся Дима. – Ладно, это я так… Наболело.
— Не надо эмоций, — криво улыбнулся Борис и похлопал Диму по плечу. – Ты, главное, делай свое дело. Мы здесь не зря собрались.
Дима отвернулся и стал смотреть в окно на окружающие их машины.
— Я думаю, что тебе надо просто заняться делом, — сам себе кивнул Леха. – Борис, иди глянь хоть какую–нибудь тачку, пусть Дима на клавиши надавит, а то он тут нас задолбает своей философией.
Борис согласно подмигнул водителю в зеркало и выбрался наружу.
— Хватит чушь молоть, как будто меня здесь нет, — огрызнулся Дима. – Не задолбаю я никого. А вот поработать, правда, хочется. Давайте документы…
Тем временем Борис уже обхаживал кругами довольно дорогой даже на первый взгляд «Марк». Хозяин смотрел на него с водительского сиденья подозрительным взглядом, ибо чувствовал, что у такого человека денег на подобную машину явно нет. Борис внимательно осмотрел автомобиль со всех сторон, отметил про себя все царапины на кузове, после чего спросил:
— Что стоит?
— Двенадцать пятьсот на старте. Если есть интерес, немного подвинем.
— Немного – это сколько?
Хозяин вылез из машины, подошел ближе:
— Ты брать будешь? Тогда и поговорим.
— А можно документы посмотреть? – спросил Борис. – Чего–то она какая–то подозрительная…
— Чего? – пожал плечами хозяин. – Три дня назад таможню прошла, это у нее первый рынок!
— Да я не против, чего ругаешься… Просто я с детства такой… Все проверяю. Меня, может, в этом самом детстве напугали один раз и на всю жизнь. Так что, документы не дашь посмотреть?
— Сам смотреть будешь?
— Да нет, есть кому взглянуть… — Борис кивнул в сторону своей машины. – Документы один посмотрит, машину другой. На все есть специалисты.
— Ну–ну, — скептически покачал головой хозяин, но машину закрыл, вытащил документы из внутреннего кармана и вместе с Борисом, не выпуская их из рук, направился туда, куда его приглашали.
Леха увидел их раньше Димы, пихнул того коленом:
— Идет, дверь закрой и стекло подними. Тебя видеть не должны.
Леха включился в процесс быстро, пальцы сами закрыли кнопку на двери и включили стеклоподъемник. Потом он вытащил из нагрудного кармана маленький пульт и нажал пару кнопок. Где–то в районе багажника еле слышно взвизгнули сервомоторы.
— Я же просил проверить на бесшумность, — сквозь зубы огрызнулся он Лехе. – Бездельники… Тарелка шумит, как будто «Боинг» на посадку заходит!
