— Папа не дурак… — улыбнулся Дима. — Мне же чердак важнее. В драку ввязываться не стал, хотя накостылял бы этому наркоше без вопросов — он на ногах держался только потому, что падать вокруг некуда было. Спустился на улицу, позвонил куда следует — приехал наряд и вычистил весь чердачок за полчаса. А матрац остался. Даже два — но второй, знаешь ли, не супер… Воняет, короче. Я его какими–то досками забросал.
— Тут, наверное, шприцев вокруг набросано… — Левка посмотрел себе под ноги. — Козлы… А если они вернутся? Вот прямо сейчас — возьмут и залезут сюда, зелье свое варить? Что делать будем?
— Они уже сюда не пойдут, — Дима уверенно замотал головой. — Чердаков в городе, что ли, мало? Не переживай ты — сейчас такое увидишь, про все забудешь!
Он поднялся по маленькой лесенке, встал в скошенном окне, чтобы увидеть дом напротив.
— Ну, где вы там?..
Он, не отрывая взгляда от окон на той стороне, медленно расстегнул сумку и прикоснулся к камере. Подарок отца. Хорошо, когда родители не разбираются во всех этих пикселях, матрицах и прочей цифровой информации. Просто замечательно! А иначе — как бы он убедил отца, что ему нужна именно эта машинка, достойная телескопа Хаббла?
— Ну, видишь что–нибудь? — нетерпеливо спросил Левка. На чердаке к тому времени стало значительно тише — голуби освоились с присутствием здесь людей, успокоились, вернулись на свои трубы.
— Пока — только окна. Еще рано, — он спустился обратно, присел на матрац. — Вот минут десять пройдет — а потом только успевай…
Левка поставил возле лесенки сумку с ноутбуком, присел рядом, продолжая взглядом искать на полу признаки присутствия здесь наркоманов. Парочку шприцев с гнутыми иглами он все–таки нашел, показал на них Диме — тот отмахнулся от него, как от назойливого комара.
— Да хрен с ними, ты же не босиком здесь ходишь. Ничего не трогай — и все обойдется… Вот уж не думал, что для тебя все так страшно. Ты же должен быть в курсе…
Левка молча кивнул. Он панически боялся всяких неизвестных и страшных болезней типа гепатитов, СПИДа и прочих, еще не описанной в учебниках, страстей–мордастей. И все потому, что кому–то знание приносит успокоение и уверенность, а кому–то страх.
Левка, будучи студентом медицинского института, боялся…
— Так, ну все, — Дима посмотрел на часы, встал, вынул камеру, включил. — Заряда хватит надолго. Снимем все и даже больше. Давай парочку пробных кадров для истории.
Вспышка выхватила Левку, который успел закрыться ладонью. Голуби вновь ринулись в хоровод, хлопая крыльями над головами.
— Ну и нахрена? — Левка щурился от того, что вспышка успела врезать ему по глазам. — А вдруг с той стороны заметят? Знаешь, как эта штука ярко полыхает!
— Да никто ничего не заметит, — Дима махнул рукой. — Ты, когда на балконе стоишь, много чердаков напротив рассмотрел? То–то же… Ладно, я пошел…
И он снова сделал несколько шагов по лесенке, уперся локтями в раму слухового окна и осмотрелся.
Внизу шумела улица — но видно ее не было, мешала крыша. А вот третий и четвертый этажи дома на противоположной стороне были как на ладони — двенадцать окон на одном и столько же на другом. Почти все закрыты жалюзи; два на третьем и одно на четвертом открыты полностью.
Дима посмотрел на эти окна через экран, включил зумминг. Рамы рванулись навстречу. Дима разглядел в окне четвертого этажа несколько кресел, два компьютера, большой зеркальный шкаф. Остальное оставалось вне поля зрения.
— Давайте, я готов, — тихо сказал он сам себе, вынул из кармана сумки маленький пятнадцатисантиметровый штатив, прикрутил его к камере. Аккуратно, в буквальном смысле слова балансируя над пропастью, установил фотоаппарат, нацелив объектив на то самое окно, что было ему интересно — на четвертом этаже.
— Шнур не забыл? — спросил он, не оборачиваясь.
— «Папа не дурак…» — передразнил Левка Диму. — Не забыл. Держи.
Дима протянул руку за спину, поймал провод, воткнул в камеру, проверил, что наведение не сбилось, и медленно спустился назад.
— Тихо… — сам себе прошептал он. — Не шумим, не топаем… Если камера завалится, будем надеяться на шнурок… Теперь осталось только заглянуть в сумку и узнать, что дистанционку я забыл дома на диване.
— Такое в принципе возможно? — Левка поднял брови.
— В принципе возможно все, — подмигнул ему Дима и вытащил пульт. — Вот он, родимый. Батарейки вчера куплены. Ошибок быть не должно. В ноутбуке аккумуляторы заряжены?
— Под завязку, — Левка кивнул. К своей части работы он тоже подошел со всей ответственностью. — Ты же меня знаешь…
— Потому и спросил, — хмыкнул Дима. — Ты у нас тот еще мастер… Включай свою балалайку.
— «Балалайку…» Нечего его оскорблять, а то возьмет и откажет в самый неподходящий момент. Зависнет там или еще чего–нибудь…
— Типун тебе на язык! — Дима начал уже нервничать. — Быстрей давай, я же не могу по лестнице скакать туда–сюда каждый раз! Навел уже, все нормально, давай экран!
