Разумеется, никому из них, ни автору статьи, ни ее читателям, и в голову не приходило, что хитрый неаполитанец с самого начала раскрыл миссию агента Аллиотты и через него, потехи ради, намеренно водил за нос, троллил и дурачил всю верхушку «Органа надзора за антигосударственными проявлениями» из Рима. Никаких подобных речей он не вел среди ссыльных на Устике. Вторично арестованный и сосланный в декабре двадцать шестого на этот выжженный солнцем островок, затерянный среди глубоких вод Тирренского моря, он открыл здесь, совместно с Антонио Грамши, неформальную партийную школу для других заключенных. Они читали лекции по очереди, иногда вдвоем, и ни один вопрос не считался исключенным или запретным для обсуждения. Страны Оси[16], слабейшего звена капитализма того времени, были наиболее уязвимыми для рабочего класса, и только по этой причине их победа могла стать прологом к интернациональной коммунистической революции. Но по этой же причине она была маловероятной. Позже фашистский режим потребовал от Бордиги молчания в обмен на жизнь и свободу, и он умолк. По иронии судьбы, первого собеседника ему навязал сам же фашистский режим. Но разговорился ли он с ним в самом деле, или это было лишь иной формой прозорливого молчания? История не сообщает об этом, а историографы лишь строят предположения, основанные в том числе на свидетельствах агента Аллиотты.
