Нити ярче серебра полностью

– Как? Кто мог сделать с ней это здесь?

Это был бессмысленный вопрос: наверняка Бьянку допрашивало с десяток офицеров, и еще с десяток пришли просто поглазеть на павшую королеву Илов. И вообще, превративший этих женщин в фурий смог скрыться от Девяти и имеет доступ в Сити-Плаза – кто знает, на что еще он способен?

– Отойди, – приказала Ио Эдею.

Ее взгляд остановился на груди Бьянки: одеяло едва заметно вздымалось и опускалось – она спит или притворяется? Ио принялась поочередно вставлять ключи в замок, пока наконец не нашла подходящий. Петли застонали, дверь открылась. Она шагнула внутрь. Королева мафии не шелохнулась. Ио опустилась на корточки и осторожно подняла лежавшую на каменном полу обрезанную нить. Наблюдая за дыханием Бьянки, она начала наматывать нить – кнут – на ладонь. Лучше обезвредить это оружие сейчас, пока есть возможность.

Закончив, она прислонилась к стене и посмотрела на Эдея. Он схватился за голову, глаза наполнились влагой.

– Я не могу… – Его осипший голос сорвался. – Что нам делать?

Ио хотелось закричать: «Я не знаю!» – но она заставила себя закрыть глаза. Сосредоточиться. Вдох через нос, выдох через рот. Ио уже видела перед глазами эту картину: война между Илами и полицией, развязанная ради мести за павшую королеву. Сен-Ив попадает под перекрестный огонь, Таис тоже. И Ава…

Боги, Ава будет разбита. И вина лежит на ней, Ио, – снова. Профессиональная опустошительница сердец – такая безжалостная, что не пощадила даже родную сестру.

Если только она не найдет способ все исправить. А ведь такой способ есть. Способ спасти Бьянку от медленной мучительной смерти.

– Мы отведем ее к Девяти.

Дверь в полицейский участок так и осталась приоткрытой. Они шли через площадь, когда Ио услышала внезапный взрыв оваций и аплодисментов. Скандирование нарастало: сначала тихое, потом все громче – по мере того как к празднику присоединялось все больше людей. На мгновение Ио задумалась, не стоит ли среди этой толпы Таис, с затуманенным взором и в полном экстазе от того, что ее мечты сбываются.

Сен-Ив только что победил на выборах.

Ио тяжело дышала, придавленная весом Бьянки, спина и шея взмокли.

Они разбудили Бьянку так осторожно, как только смогли. Пытались успокоить ее и разъяснить свой план. Это не сработало. Королева мафии набросилась на них, как бешеный левиафан: пиналась, толкалась локтями и выкрикивала всякий берд, не жалея легких. Ио и Эдею пришлось приложить немалые усилия, чтобы связать ей запястья и заткнуть рот.

– Вот ведь как… – пробормотал Эдей, с несчастным видом глядя на своего босса, когда они проскользнули через оставленные без присмотра Северные ворота: все полицейские Плазы, должно быть, отправились отмечать успех Сен-Ива в участок. – Я должен был раньше вытащить ее отсюда. Это моя вина.

– Мы все исправим, – ответила Ио, беззвучно всхлипывая.

Она не даже заметила, что начала плакать. Изо всех сил она старалась сосредоточиться на том, чтобы ставить одну ногу перед другой, крепко сжимать нить-кнут, удерживать Бьянку от побега, – и вдруг почувствовала, что воротник ее свитера прилип к шее, пропитавшись слезами, струившимися по ее щекам. Раньше ее мир был шириной всего в десять кварталов: их с Авой квартира, кафе Амоса, Илы – теперь же он простирался во всех направлениях: темные города, кишащие рожденные фуриями с оборванными нитями, зло, заливающее улицы. Она была в ужасе.

Дом Девяти появился из смога как прекрасный мираж. Сейчас вокруг него не толпились ни поклонники, ни папарацци: все они наверняка следили за выборами. Охранники устроили перекур, расположившись на ступеньках у ворот. Их освещали садовые фонари – созвездие прямоугольных точек, мерцающих в серой дымке. Мимо пронеслась химерина, заяц-змей, стуча по мостовой лапами и виляя хвостом.

Ио остановилась на безопасном расстоянии от охранников, которые демонстративно ее игнорировали. Ее голос прозвучал как карканье, разорвав тишину.

– Передайте Девяти, что к ним пришла Ио Ора. Скажите, что я сделаю все, что они попросят.

Охранница с вытатуированным рукавом отступила в маленькую кабинку у ворот и приглушенным шепотом заговорила по какому-то устройству, связывающему ее с Домом. Несколько мгновений спустя она сделала знак трем другим охранникам – те окружили Ио, Эдея и Бьянку, и процессия из семи человек начала неуклюже двигаться к особняку. Гравийная дорожка огибала здание и заканчивалась увенчанной куполом оранжереей, выходящей на Западный канал.

Дюжина ламп освещала оранжерею белым светом, который, словно снег, отражался на мраморном полу цвета индиго и того же цвета мебели с золотыми вставками. Темно-синий газовый тюль, расшитый звездами, колыхался на легком ветру, проникающем внутрь через открытые окна. Девять, расположившиеся в разных местах, напоминали античные скульптуры. На них были элегантные платья, бронзовая кожа блестела, шею и руки украшали пушистые меха химерин.