— Блэк! Милый! Родной! Ты жив! — слёзы облегчения и, одновременно, горя от потери, потекли из моих глаз. — Блэк, скажи, ты видел, что случилось с Каем?
Ввиду звериного облика, салер говорить не мог, поэтому он просто помотал головой.
Я не знала, что мне делать дальше.
— Милена, — кто-то тронул меня за руку.
Это был Загир Альвар.
— Милена, у меня для тебя плохие новости, — сказал он.
Я издала истерический смешок. Какие ещё новости могли быть хуже, чем то, что самый близкий мне человек на земле, мёртв?!
— Я не знаю, как это случилось, — тем временем, продолжал Загир. — Помнишь того владельца закрытой больницы, который взял на себя заботу о Данте? Он позвонил мне полчаса назад и сказал, что в палате, где лежал парень, что-то произошло. Что именно — неизвестно. Но, результат… Палата выгорела изнутри. Выживших нет. И сам Данте и парень с девушкой, которые были с ним, погибли.
Я не верила своим ушам. Это не могло быть правдой! Данте, Вильяра, Дэм… мертвы?!
Но, Блэк, которого я прижимала к себе, был слишком тёплым для сна. Слёзы на моих щеках были слишком горячими, а боль слишком сильной. Было слишком много этих «слишком», чтобы поверить в нереальность происходящего, как бы я не старалась.
— Милена, что ты делаешь?! — вдруг, дёрнул меня за руку Рейф.
Оказывается, сама того не замечая, я подошла к этой бурно несущейся реке, которая сейчас, куда-то несла тело Кая. Слишком близко подошла. Я была на самом краю. Похоже, Рейф решил, что я хочу броситься вниз.
А я и не сопротивлялась. Мне теперь было… всё равно. На всё. Кроме…
— Я хочу наведаться в «Шисуну», — произнесла я. — Хочу узнать, как там Лави и Николь.
Никто не возразил. Только Самаэль с нами не пошёл — вновь, куда-то, исчез. Но, мне было плевать.
Загир повёз нас на своей машине. Всё это время, что мы направлялись к «Шисуне», я не выпускала из рук Блэка. Он — единственный, кто у меня остался. Мне казалось, что если я его, хотя бы, на секунду выпущу из рук, с ним, обязательно, что-нибудь случится. Поэтому, я изо всех сил прижимала его к себе, орошая его шерсть своими слезами, а он мурлыкал что-то успокаивающее на своём языке.
Когда мы стали подъезжать к «Шисуне», Лекс сказал:
— Похоже, что-то случилось.
— Почему? — непонимающе посмотрела я на него.
— Не видишь? В сторону «Шисуны» бежит много народу. И… с той стороны виден какой-то дым.
То, о чём говорил Лекс, я увидела только после его слов. До того, я ни на что не обращала внимания. Действительно, в сторону «Шисуны» сбегались люди, и вид у них был, отнюдь, не радостный. Моё сердце сжалось от ужасного предчувствия. Как будто мне было мало того, что уже произошло!
Мы не смогли подъехать прямо к школе — всё загораживали пожарные машины и машины отряда спасателей. Я выскочила из машины и побежала к «Шисуне», но мой путь преградили два мага (их принадлежность к этой профессии показывал специальный кулон на шее):
— Вы куда, девушка? Туда нельзя.
— Почему? Что случилось?!
— А вы, собственно, кто? — спросил один из этих двоих.
— Я — ученица «Шисуны», — продемонстрировала я свой браслет, одной рукой держа салера. — Теперь вы мне скажете, что произошло?!
Двое мужчин переглянулись и, всё-таки, ответили:
— Мы сами не совсем понимаем, что здесь случилось. Но, где-то с час назад на территории «Шисуны» произошло несколько взрывов очень разрушительной силы, в результате чего были разрушены почти все здания. Есть подозрения, что взрывы были вызваны магическим путём, поэтому мы — маги, тоже здесь. Вы, как ученица школы, можете пройти, но… Я бы не советовал. Во-первых, есть вероятность, что взрывы могут повториться, а во-вторых… Это страшное зрелище. Очень много погибших…
Я не стала их слушать дальше, а побежала к «Шисуне».
