И вот, я стою на том самом месте, где, всего, час назад находилось то место, где я, наконец, нашла друзей и обрела любимого человека. «Шисуна». Точнее, то, что от неё осталось. Это была такая же картина, которую я увидела, когда пришла к дому, где мы жили. Разруха, дым… Повсюду суетились спасатели и пожарные — кого-то вытаскивали из-под завалов, кого-то быстро несли на носилках к машинам скорой помощи, кого-то упаковывали в чёрные пластиковые мешки… Кто-то стонал от боли, а чьи-то пустые мёртвые глаза просто смотрели в это пасмурное серое небо. Пахло гарью, сгоревшей плотью и опалёнными волосами. На некоторых людях не было живого места от ожогов, а некоторые… Я с ужасом смотрела на человеческую руку, торчащую из-под обломков стены. Что там стало с человеком — не хотелось даже думать! А дальше…
— Хватит, Милена! Тебе не надо на это смотреть! — услышала я голос Загира, который подошёл ко мне сзади и закрыл мои глаза.
— Отпусти! — крикнула я, пытаясь вырваться. — Отпусти, — уже тихо сказала я. — Отпусти, пожалуйста, иначе я… — договорить фразу я не успела, так как нервы сдали — я выпустила Блэка из рук и, разревевшись, кинулась на шею Загиру. — Почему?! За что?! Что я такого сделала, чтобы заслужить такое?! Почему люди вокруг меня всегда страдают?! Это… это неправильно! Это нечестно! Так не должно… не должно быть! Не должно!
— Тихо-тихо, девочка моя, — шептал Загир, гладя меня по голове. — Ты здесь совсем не при чём. Идём-ка отсюда.
— Нет! — замотала я головой. — Я должна знать, что с Лави и Николь!
— Этим вопросом уже Мейснер занимается, — ответил Альвар, уводя меня от развалин «Шисуны». — Он всё выяснит.
Мне оставалось только кивнуть. Мы вышли с территории ограждения, а я всё никак не могла успокоиться. Я плакала так, что слёз, вообще, уже не должно было остаться. А ласковый шёпот Загира и трение Блэка о мои ноги и его мурлыкание, делали только хуже.
Наконец, к тому времени, как вернулся Лекс, я уже немного успокоилась.
— Ты узнал, что с Лави и Николь? — спросила я его.
— Нет, — ответил Лекс. — Мне сказали, что все записи сгорели и неизвестно — находились ли Лавиния Лейк и Николь Барстоу в это время в «Шисуне» или они были у себя дома. Когда полностью разберут завалы (что случится ещё не скоро), будут обзванивать всех родителей и родных учеников, чтобы знать их местонахождение. Похоже, даже неизвестно точное количество людей, которые были в «Шисуне».
— Значит, есть шанс, что они живы? — мне очень хотелось верить в то, что мои подруги спаслись.
— Есть, хоть и небольшой, — кивнул Мейснер.
— И что мы будем делать дальше? — поинтересовался, молчавший до этого, Рейф. — Ждать, пока разгребут завалы?
Я помолчала, решая, а потом решительно вытерла остатки слёз с лица и сказала:
— Дальше? Дальше я навещу возможного виновника всего этого кошмара! Даже, не возможного, а точно — виновника! Альма! — обратилась я к демонессе, которая всё это время присутствовала рядом со мной. — Отведи меня к Фероксу!
— Но, госпожа Милена… — начала Альма.
— Немедленно! — тоном, не терпящим возражений, рявкнула я.
Я знала, что никто из тех, кто остался жив, ничего не смогут сделать Фероксу, если и пойдут со мной. Альвар не стал спорить. А Рейф и Лекс сказали, что даже если со мной и не пойдут, то в мир демонов (или драконов) со мной отправятся. Как, впрочем, и Блэк. Я только пожала плечами:
Я впервые оказалась в мире драконов. Но, скажу честно, я плохо помню, как он выглядел. Мне было не до разглядывания. Я тогда не обратила внимания ни на то, как выглядел дворец повелителя драконов, ни на то, где он находился. Я даже не помню, как долго мы шли к покоям Ферокса.
— Дальше я сама, — сказала я перед дверью, за которой, как мне сказали, находился повелитель драконов и, не стуча, зашла.
И там, в глубоком кресле, расслабленно сидел Ферокс.
— Милена? — увидел он меня. — Какая приятная неожиданность. Не ожидал увидеть тебя так скоро. Неужели, так сильно хочешь оказаться в моей постели?
— Заткнись! — разъярённой кошкой прошипела я. — Заткнись, ублюдок! Скажи мне только одно — зачем?! Зачем ты это сделал?!
— А, ты про своего парня, школу для экстрасенсов и больницу? — спокойно спросил Ферокс.
— Да!
— Я решил уничтожить всё, что было у тебя в прошлом. Все твои привязанности. Всё, что связывало тебя с человеческим миром и всё, что притягивало тебя к нему. У тебя теперь будет новая жизнь, Милена, и ничему прошлому в ней места нет.
— Да кто ты такой, чтобы решать это за меня?! Ты, вообще, знаешь, сколько погибло людей, которых я даже не знала?!
— Им просто не повезло оказаться не в том месте. Да и какая разница, сколько из этой низшей расы погибнет?
— Какая же ты тварь, Ферокс! Я ненавижу тебя! Слышишь?! Ненавижу! Будь ты проклят!
