Еще один начальник отдела – Дельфин ДЕБЕНЕ (Debenest; 1907–1997) – реально был героем Сопротивления. С 1941 года он, будучи заместителем прокурора в Пуатье, собирал информацию для подполья и делал все возможное, чтобы воспрепятствовать преследованиям патриотов. В июне 1943 года стал сотрудником разведывательной сети «Свободной Франции» и в июле 1944-го был назначен региональным комиссаром по организации и руководству службой безопасности в Пуатье. 27-го числа того же месяца он был арестован гестапо и отправлен в концлагерь Бухенвальд. В апреле 1945 года, воспользовавшись паникой, возникшей после взрыва на станции Целле, где он в тот момент находился, Дебене бежал и добрался до позиций британской армии. На Нюрнбергском процессе он готовил материалы об арестах, депортации, концентрационных лагерях и медицинских экспериментах, а также возглавил подразделение французского обвинения, отвечавшее за доказательства преступлений нацистских организаций[38].
Один из трех, не попавших в «советский» список, начальник отдела Жан ЛЕРИ (Leyris), также трудился в судебной системе режима Виши. Сначала он служил в Апелляционном суде в Ниме и в ноябре 1943 года его начальство отметило, что он «искренне предан принципам нового порядка и верен главе государства [Петену]». Вскоре он был назначен председателем гражданского суда в Карпантра. На самом деле он поддерживал контакты с местной группой Сопротивления, которая занималась подготовкой диверсий против оккупантов. После очередного взрыва (было уничтожено почти 20 локомотивов Авиньонского железнодорожного депо) в апреле 1944 года он был арестован немецкими властями. Его продержали несколько недель в местном отделении, а затем было принято решение об отправке его в концлагерь Дахау. Однако по дороге Лери сумел бежать…
Остальные семь помощников главного обвинителя были рангом ниже и занимались прежде всего подготовкой материалов для докладов их коллег. Из этого числа «в списках не значатся» Жан-Жак Лануар и Алин Шалюфур, но во Франции они считаются полноправными членами французской делегации, поэтому мы их здесь также упомянем.
Мэтр Жак Бернар ЭРЦОГ (Herzog) принимал активное участие в движении Сопротивления в Тулузе. Зимой 1943 года ему сообщили, что он попал под подозрение гестапо и вскоре будет арестован. Он решил бежать в Испанию, но при переходе через заснеженные перевалы Пиренеев получил сильное обморожение ног, настолько сильное, что врачам пришлось ему ампутировать левую ногу. На Нюрнбергском процессе ему было поручено разрабатывать вопрос о принудительных работах во Франции и странах Западной Европы и представить доказательства Трибуналу, а также – что логично – провести перекрестный допрос генерального уполномоченного по использованию рабочей силы Фрица Заукеля. После процесса он работал советником Кассационного суда, а 1975 году, уже после его смерти, вышли его незаконченные воспоминания о Нюрнбергском процессе – «Нюрнберг: успешный провал?»[39].
Юрист Констан КАТР (Quatre) был военным экспертом и в этом качестве участвовал в представлении обвинений против Вильгельма Кейтеля и Альфреда Йодля. Он был кадровым офицером и в июне 1940 года после разгрома французской армии оказался в немецком плену. Причем он не был, как большинство, освобожден и пробыл в лагерях для военнопленных до конца войны. После освобождения был назначен судьей в Безансон. В конце июля 1945 года он обратился в Министерство юстиции с просьбой направить его на службу на оккупированные территории Германии и был включен в состав французской делегации.
Уроженец Алжира Серж ФУСТЕР (Fuster; 1911–1988) принял участие в военных действиях в 1940-м – он служил лейтенантом в Седане. Летом 1940 года он перебрался на территорию, контролируемую правительством Виши и был принят на службу в судебное ведомство. После отправился в Виши, где несколько раз с редким упорством представлялся недавно созданному там Министерству юстиции. Начиная с 1950-х годов Фустер начал писать для журнала
