— Ну а все же может ли затесаться к вам кто-нибудь чужой? — спросил Дубко. — Хотя бы на короткое время?
— Теоретически рассуждая, может, — вздохнул Башмаков. — Людей много, за всеми не уследишь. Но именно на короткое время. Максимум на сутки. А уж дальше…
— Сутки — это много, — в раздумье проговорил Дубко. — За сутки можно натворить столько всяких дел, что и подумать страшно.
— Что? — не понял Башмаков.
— Ничего, — ответил Дубко. — Это я так, размышляю вслух. Скажите, а можно ли каким-то способом незаметно проникнуть на ваш объект? — Этот вопрос адресовался подполковнику Русакову.
— Никоим образом! — уверенно произнес Русаков.
— А вы не ошибаетесь? — прищурился Дубко.
— Обижаете, — усмехнулся Русаков. — У нас пропускной режим. Плюс повсеместная охрана. Плюс еще кое-какие хитрые штучки. За все время на объект не было ни одного постороннего проникновения. И вынести с территории также ничего нельзя. Равно как и вывезти. Так что не обижайте нас.
— Да вы не обижайтесь, — примирительно произнес Дубко. — Я отчего у вас об этом спросил? Оттого, что все хотел услышать лично от вас: невозможно, дескать, так вот запросто проникнуть на объект.
— И запросто невозможно, и никаким другим образом тоже! — отрезал подполковник Русаков.
— Вот и хорошо, если так, — кивнул Дубко. — И все же, все же… Есть у нас основания полагать, что в самое ближайшее время на объект попытаются проникнуть нехорошие люди. Как минимум четыре человека. А то, может, и больше.
— Что-что? — в один голос воскликнули Башмаков и Русаков.
— Вы не ослышались, — вздохнул Дубко. — В настоящее время эти четверо добрых молодцев движутся сюда. Ускоренным темпом. Того и гляди будут здесь.
— Но кто они? И для чего им нужен режимный объект? — с недоумением спросил Русаков.
— Об этом же хочу спросить и я, — добавил Башмаков.
— Хорошие вопросы, — сказал Дубко. — Актуальные. Тут, видите ли, вот в чем дело. Эти ребятишки — диверсанты западных спецслужб. Как они оказались в здешних краях — пока неважно. Важно другое — для чего они здесь оказались. А оказались они здесь для того, чтобы проникнуть на режимный объект, именуемый Свердловск-45, и устроить на нем диверсию. Скажем, ядерный взрыв. Или какую-нибудь другую пакость.
— Что-что? — еще раз хором повторили Башмаков и Русаков. — Какой еще ядерный взрыв?
— Понятия не имею, — пожал плечами Дубко. — Я, знаете ли, не силен в таких вещах. Это вы мне должны объяснить, какими они вообще бывают, эти взрывы, равно как и иные пакости. И как можно их организовать.
Целую минуту Русаков и Башмаков молчали, с недоумением глядя то друг на друга, то на Дубко, то на остальных трех спецназовцев.
— Вы с ума сошли! — сказал наконец Русаков.
— Если бы так, — вздохнул Дубко. — В этом случае как бы все было замечательно! И понятно. Невесть откуда явились четверо свихнувшихся спецназовцев КГБ и несут всякую ахинею. Что взять с сумасшедших! Но в том-то и дело, что мы не сумасшедшие и никакая это не ахинея. Есть у нас основания так полагать. Для того мы сюда и прибыли, чтобы не допустить этой беды!
— Сведения у вас точные? — спросил Башмаков.
— Предположительные, — ответил Дубко. — Но, согласитесь, это мало что меняет. В данном случае лучше перестараться, чем от чего-то легкомысленно отмахнуться.
— Да но… — Русаков растерянно взглянул на Башмакова, затем на всех по очереди спецназовцев.
— Сейчас мы вам все объясним, — сказал Дубко. — Все, что знаем и о чем лишь догадываемся. Федор, говори ты. У тебя это получится убедительнее. А то, я вижу, мне здесь не верят.
— Дело вот в чем, — сказал Соловей. — Как мы уже говорили, в настоящее время сюда пробираются четыре диверсанта одной из западных спецслужб. Их цель — незаметно добраться до Нижней Туры и так же незаметно проникнуть на режимный объект. То есть на Свердловск-45. Зачем — об этом также уже было сказано.
— Что значит «пробираются»? — не понял Башмаков. — Какими такими путями? Каким способом?
— Скорее всего, пешком по тайге, — ответил Соловей. — Транспортом — опасно, потому что сейчас их ищут. Проверяют машины и поезда — словом, тут все понятно. Следовательно, ничего другого, как добираться пешком, им не остается. Так надежнее и безопаснее.
— Да, но… — Башмаков посмотрел вопросительно.
— За ними идут по следу, — сказал Соловей. — А мы прибыли сюда, чтобы в случае чего их встретить. С вашей помощью.
— Но для чего им нужен ядерный взрыв? — Русаков никак не мог прийти в себя.
— Если говорить совсем кратко, то это большая политика, — сказал Соловей. — Политические игры, так сказать.
— Понятно, — кивнул Русаков. — Политические игры. Чтобы, значит, поставить страну с ног на голову. Шуточное ли дело — ядерный взрыв!
— Что-то в этом роде, — кивнул Соловей.
— А только ерунда все это! — решительно произнес Русаков. — Несбыточные мечтания! Ничего у них не получится, у ваших диверсантов! Даже если они каким-то чудом и проникнут на объект!
— Почему же? — спросил Соловей.
