Ночь девы полностью

– Мне кажется, я уже где-то видела вас… – произносит она, задерживая свою руку в ладони лорда непростительно долго. Неужели она правда не узнала его? Конечно, тогда шел ливень и поднялась жуткая суета, но его… его невозможно забыть. Серо-лунные глаза поражают тебя насмерть, как кинжалы.

– Все возможно, моя принцесса.

Мне приходится отвести взгляд от этой тошнотворно-приторной картины «Принцесса и ее рыцарь».

– Если позволите, Ваше Высочество, я бы хотела пойти к себе.

– Конечно, Ирис. Я просто желала убедиться, что ты в целости и сохранности, – отвечает Витриция, демонстрируя Призраку самую очаровательную улыбку из своего арсенала. – И кстати, пришло время готовиться к фестивалю. Сегодня Ночь Туманов, а процессия выйдет из замка перед началом сумерек. Но ты это и так все знаешь.

Как же! Можно подумать, меня только и интересуют ваши фестивали, цветочки и ленточки!

Фыркнув, я ухожу от этой парочки. Раз Лорд-Призрак такой ловкач, пусть все ей и объясняет сам. Я тут вообще ни при чем. Принцессы, королевства, проблески, пророчества… Разве меня это должно волновать? Мне бы собрать воедино осколки своей жизни и понять, кто я на самом деле. Что случилось с моей матерью? Где мой отец? И где мое место в этом мире?

Оказавшись в спальне, решаю примерить мамино пестрое платье. Снимаю черные одежды и облачаюсь в искристый наряд, будто сотканный из разноцветных шелковых лоскутков. Плечи оголены, шея тоже. Мне сперва неуютно, платье слишком открытое. Юбка тюльпаном расходится книзу, переливаясь всевозможными цветами – бледно-розовым, лиловым, голубым, золотистым, красным. Платье соткано бабушкой, ее Топазом Коломбины. Оно и само – наряд озорной Коломбины. Когда-то его носила мама… Какой она была? Что это платье может рассказать о ней?

Я прохаживаюсь по комнате, внимая шуршанию юбок, но они ничего не поведают мне о матери. Да и как можно ждать чего-то от платья? Провожу ладонями по нежнейшей ткани, поражаясь самому ее существованию. Она даже не мнется! И будто бы светится изнутри.

Я вдруг нащупываю прорези по бокам и с интересом понимаю, что у платья есть карманы. Просовываю руку в левый карман и достаю оттуда черную маску. Затем в правый. Ладони касается нечто тонкое и хрупкое.

Бумага.

В следующую секунду я, жадно вцепившись в лист бумаги, читаю письмо. Оно адресовано мне, в этом нет сомнений!

Дорогая моя дочка,

если ты читаешь это письмо, значит, Свет нашел тебя. Но, к сожалению, мы не вместе. Этого и не могло быть, милая. Я знала о нашей судьбе всегда. Знала и все равно хотела испытать то счастье, которое охватило меня, когда я впервые взяла тебя на руки.

Надеюсь, твой папа сейчас в добром здравии и оберегает тебя. Потому что тебя нужно беречь. Ты настоящее сокровище. Мое сокровище…

На мои глаза наворачиваются слезы. Я опускаюсь на пол и читаю дальше.

Я очень люблю тебя. Это так. Но я не могу и не должна держать тебя вдали от правды. Наверняка ты уже познала радость, которую способен дать лишь силоцвет. Это ни с чем не сравнимое чувство. Обладать силой. Но о камнях нам так мало известно… Я посвятила много времени их изучению в Башне Ночи. Нам открыта лишь крохотная часть их истинной силы. Я знаю, что это так… Я испытала это на себе… У меня есть то, что может быть не только опасным оружием, но и величайшим даром всем ныне живущим расам. То, что может объединить их или повести войной друг на друга. У меня есть…

Пара строк пустовали, будто кто-то выжег их.

В петле найдешь ты ответ. Пусть это платье ведет тебя ко мне.

Маленький секрет: ткань Коломбины изменчива, как наши желания.

Твоя мама

С.

Не могу поверить, что письмо закончилось. Мне его мало… так мало. Почему она написала мне такую короткую записку? Она же могла рассказать мне о себе намного больше. Но, видимо, на то были причины. Эти строки вызывают еще больше вопросов.