Я обреченно поник. Отчаяние и гнев снова наполнили душу, погасив искру надежды. Кирин отказал нам в помощи. Еще бы, ведь он – бог, а какое переменчивому Ками дело до жизни одного-единственного получеловечка? Мне на миг захотелось вскочить, выхватить Камигороши, силой заставить священного зверя помочь, но угрожать Кирину значило нарваться на страшное проклятие или мгновенно погибнуть от его огня. В обоих случаях Юмеко не получила бы помощи.
Кирин взмахнул хвостом.
Спать мне совсем не хотелось. Хотелось подольше побыть с Юмеко, быть с ней, пока душа не оставит тело, пока она не умрет у меня на руках. Я решил, что, когда ее не станет, покину этот лес, разыщу Владыку демонов и его войско, где бы они ни таились, и голыми руками изорву их в клочья. Нырять в мир снов – нет, это сейчас совсем ни к чему.
Я сжал зубы и попытался подняться, чтобы уйти с поляны, подальше от бога, который отказал нам в помощи. Но вдруг тело перестало слушаться, веки отяжелели, стали словно каменные. Меня захлестнуло волной умиротворения, блаженного и бескрайнего, и я позабыл обо всем.
Учитель Исао ждал меня у ступеней, ведущих в храм.
– Здравствуй, Юмеко-тян, – улыбнулся он. В одной руке учитель держал небольшой брусок, а во второй – ножичек, из-под которого на ступеньки летели тонкие стружки и приземлялись меж его стоп. Кусочек дерева уже начал принимать очертания четырехлапого существа, но какого – пока было непонятно. Над фигурками учитель работал по несколько месяцев, а иногда и лет, а законченные поделки никогда не оставлял себе – уносил в лес, возвращая природе.
– Здравствуйте, учитель Исао! – отозвалась я. – Какое погожее утро!
– И какое безмятежное, – добавил он и кивнул на согретые солнцем ступени, ведущие в главный зал храма. – Посидишь со мной немного, а, Юмеко-тян?
Ох, и что же я в этот раз натворила? Я поднялась по ступенькам и опустилась рядом с учителем, судорожно вспоминая, не досадила ли чем Дэнге или Нитору. Кажется, нет, хотя воспоминания о сегодняшнем дне были разрозненными и туманными. Солнце согревало кожу, птицы щебетали в ветвях деревьев. Кругом царили спокойствие и безмятежность, как справедливо заметил учитель Исао, но что-то меня тревожило. Какое-то чувство, которому я не могла дать объяснения.
– А где все, учитель Исао? – спросила я, подняв на него глаза. Кажется, я сегодня не видела ни Дэнги, ни Дзина, ни Нитору.
– Неподалеку, – ответил учитель, продолжая срезать тонкие кусочки с бруска. – Время от времени я встречаю их. Иногда наши тропки пересекаются. Но отныне у каждого своя дорога, свой срок и итог. Я не могу быть им проводником – каждый должен найти свой путь к истокам.
– Я не понимаю, учитель Исао.
– Юмеко-тян, – твердым голосом проговорил учитель и опустил нож с бруском. Его взгляд был пристальным и в то же время добрым. – Сейчас твое место не здесь, – продолжил он. Я недоуменно нахмурилась. – Твоя миссия еще не завершена. Перед тобой стоит важная задача. Помнишь?
По спине побежали мурашки. Я оглядела безмятежный сад, пытаясь вспомнить, как же я сюда попала, – но тщетно.
– Нет, не… п-п-помню, – запинаясь, ответила я. На задворках сознания забрезжило смутное воспоминание, но на нем никак не получалось сосредоточиться. – «Мое место не здесь»? Что это значит?
Учитель Исао снова наградил меня строгим взглядом и указал длинным пальцем куда-то за пределы сада.
Я обернулась и увидела за храмовыми воротами темную кромку леса. Его окутывал полумрак, казалось, стоит только выйти за пределы храма, и света уже не будет, точно солнце попросту не могло пробиться дальше.
Повинуясь негласному указанию учителя, я встала и вышла на середину двора, всматриваясь в темноту у окраины храмовой территории. Как только я подобралась ближе, я увидела тонкую завесу тумана, разделявшую лес и храм. Почему-то руки тотчас покрылись гусиной кожей.
Под деревом, в тени, окутавшей лес, поникнув плечами и склонив голову, сидел человек. На коленях у него лежало тело девушки. Кожа у нее была белой, как рисовая бумага, а пушистый хвост покоился рядом на земле.
Весь мир замер, а воздух вокруг меня сгустился. Казалось, все происходит во сне. Как зачарованная, я вернулась к храму. Учитель Исао сидел на ступеньках, как и прежде. Его прозрачное, слегка подернутое дымкой тело пропускало лучи солнца. Он улыбнулся ласково и печально и покачал головой.
