Ночь дракона полностью

Я опустила взгляд, и сердце пропустило удар. Рядом со мной лежал на боку Тацуми, подложив руку под голову и закрыв глаза. Он дышал медленно, на его лице застыло мирное, расслабленное выражение. У меня внутри все сжалось – я еще никогда не испытывала ничего подобного. Я впервые видела его крепко спящим, а не задремавшим, устроившись спиной к стене с мечом на коленях. Толком не осознавая, что делаю, я нагнулась и нежно прикоснулась к его лбу, убрала с лица прядь.

Легкого касания оказалось достаточно, чтобы он резко открыл глаза и сел. Я подскочила от неожиданности. В его зрачках вспыхнуло страшное, демоническое пламя, потом он заморгал, и оно потухло.

– Юмеко.

– Gomen, Тацуми! – быстро извинилась я. Убийца демонов уставился на меня большими остекленевшими глазами. – Не хотела тебя разбудить. Вернее, хотела, но не так. А ты…

Тацуми не дал мне закончить, а подался вперед, положил ладонь мне на щеку и поцеловал меня в губы. Поцелуй был страстным, почти отчаянным, полным чувств и облегчения. Я словно окаменела, хотя душа моя тотчас прильнула к нему, вспыхнула голубовато-белым пламенем, охватившим все мое существо.

Тацуми отпрянул – казалось, он и сам удивился такому повороту, – а потом опустил затуманившиеся глаза.

– Gomen… – пробормотал он и хотел было отстраниться еще сильнее. – Зря я так… прости… Больше не…

Я коснулась его щеки. Тацуми замер и снова посмотрел на меня. Наши взгляды встретились. В глубине его зрачков еще мерцали алые отсветы, но от него веяло страстью. В этот раз поцелуй был нежным. Тацуми тихо выдохнул, притянул меня ближе, сев поудобнее и обвив руками мою талию. Я зажмурилась, приникла к нему, не постеснялась даже запустить пальцы в его густые волосы. Вспышки огня внутри превратились в яркое ровное пламя.

Тацуми отвел назад голову – но совсем немного. В его глазах плясали алые и фиолетовые огоньки.

– Я думал, что потерял тебя, – прошептал он. – Когда Кирин ушел, я решил, что… – Тацуми содрогнулся и нежно провел большим пальцем по моей щеке. – Это же ты, да, Юмеко? – пробормотал он, и тень сомнения пробежала по его лицу. – Или это сон?

Я накрыла его ладонь своей.

– Если так, то он снится нам обоим.

Тацуми улыбнулся, наклонился вперед, чтобы снова меня поцеловать, но тут краешком глаза я уловила какое-то движение и обернулась. В нескольких ярдах от нас на поваленном дереве сидела рыжая лиса и наблюдала за нами сияющими янтарными глазами. Ее великолепный пушистый хвост обвивал лапы. Стоило лисе заметить, что я обратила на нее внимание, как она поднялась, не отрывая от нас взгляда, и спрыгнула с дерева. В прыжке ее хвост с белым кончиком словно бы раздвоился. У меня екнуло сердце. Кицунэ сделала три шага в сторону деревьев, обернулась к нам, нетерпеливо подергивая пушистыми хвостами. Она явно нас ждала.

Тацуми, проследив за моим взглядом, печально улыбнулся.

– Кажется, нам тут больше не рады.

– Hai, – согласилась я, кивнув, и нехотя высвободилась из объятий убийцы демонов. Как же сильно хотелось задержаться в этом мирном, полном ками лесу, позабыть о внешнем мире и страшных опасностях, грозящих нам. Вот только ночь уже была на исходе, и наше время тоже истекало. – Кажется, нам пора.

Посланная Кирином лиса повела нас по лесу тропой, которой, должно быть, никто, кроме нее, не знал. Кодама провожали нас взглядами, устроившись на ветвях. Кицунэ двигалась проворно, не останавливалась и не оглядывалась. Ее хвосты с белыми кончиками, покачиваясь, плыли сквозь мрак. Меня снедало любопытство, оно горело внутри огнем – мне очень хотелось заговорить с ёкаем, первым чистокровным сородичем, который только встретился на моем пути – во всяком случае, в реальном мире. Кицунэ, да еще и с двумя хвостами, вот это да! В голове роилось множество вопросов – мне столько всего хотелось узнать об их мире! Но кицунэ не сбавляла шаг и ни на йоту не сокращала расстояния между нами. Должно быть, полукровка, идущая за ней по следу, ни капельки не волновала и не интересовала ее.

Когда кицунэ вывела нас из леса и мы оказались у кромки маленькой долины, небо уже начало немного светлеть, а горизонт окрасился бледно-розовым. В нескольких ярдах от нас виднелся спуск в большую зеленую низину, окруженную с одной стороны лесом, а с другой – горами-великанами, чьи крутые вершины вгрызались в облака.

Кицунэ обернулась, взглянула на нас горящими желтыми глазами, дернула хвостами и исчезла. Разочарование разлилось у меня в груди, но вскоре от него не осталось и следа – я посмотрела в низину и удивленно распахнула глаза.