Оставался лишь один момент — Ямшах попросил дать две недели на сбор скагов, и тут я не нашел, что возразить. Тысяча инопланетян под кустиком не валяются, это надо свистнуть бригадиров, поставить перед ними задачу, выковырять чертей из всех щелей. Тут не армия, где личный состав сидит по казармам и ждет сигнала тревоги, чтобы выстроиться на плацу.
Заверив Брагина, что уже очень скоро Марининские острова буду кишеть краснокожими, я воспользовался вынужденной паузой для отдыха. Можно подумать, что до этого уработался! Я гулял по паркам и скверам Скагаранского Халифата, обедал в шикарных ресторанах, изредка пересекаясь со своим новым партнером по бизнесу и иногда заходил к Хадашу, который планомерно спивался. Ямаха, дрянь, даже ни разу не поблагодарила, что я спас ей жизнь на суде!
Пару раз заходил в казино и, на мое удивление, всегда выигрывал. Или началась белая полоса, или брату хана ханов проигрывать было строго-настрого запрещено.
Время пролетело поразительно быстро. В назначенный день я до полудня прождал звонка от Ямшаха, но телефон молчал. Я еще не насторожился — всякое бывает. С чистой совестью пообедал молодым гиппопотамом, запеченным с яблоками в остром соусе. Однако вестей от поставщика скагов все не было и я начал нервничать. Масла в огонь подливал Мишель, который выбегал на балкон через каждые десять минут и интересовался:
— Тишина?
— Ты успокойся, когда что-то будет — ты будешь первым, кто узнает.
Но и мое терпение иссякало. Я решил сам набрать краснокожему, а в ответ приятный женский голос на трех языках сообщил, что абонент — не абонент. И вот теперь я слегка насторожился.
Если кто и мог пролить свет на местонахождение черта — это Хадаш, до которого, хвала Тилису, Единому В Трех Ликах, было всего ничего — десять этажей вверх. Хан ханов по своему обыкновению искал решение своей проблемы на дне бутылки.
— А, брат! — обрадовался рогатый, увидев меня. — Давай выпьем!
В первые дни нашего знакомства хозяин города вызывал у меня определенное уважение и, в чем-то, восхищение. Не в последнюю очередь потрясающей коллекцией оружия там, в Буйном. Но тогда большую часть дня он был трезв! А теперь… теперь я смотрел с отвращением на когда-то крепкого скага, так размякшего из-за бабы. Не спорю — красивой бабы. Но на одной-то весь свет клином не сошелся!
— Не сейчас, Хадаш, — ответил я. — Скажи, ты давно видел Ямшаха?
— Ямшаха? — переспросил правитель. — Так вот… только что где-то здесь был!
Хан попытался встать с кресла, при этом рубашка на его пузе натянулась, предательски затрещав, и выстрелила пуговицами, разлетевшимися в разные стороны. Коллизия лишь развеселила верховного черта. Откинувшись на спинку, он затрясся в громком смехе, расплескивая виски из стакана.
— Что случилось, мой лунорогий? — проворковала Ямаха, вышедшая на шум.
И осеклась, заметив меня.
— Где Ямшах? — поинтересовался я.
Возможно, это прозвучало слишком грубо. Девушка сжалась и быстро пролепетала:
— Не знаю, он уже дня три не заходил.
Вот теперь у меня начали появляться смутные подозрения. Ускоряя шаг, я покинул пентхаус хозяина города. Здание Скагаранского Сберегательного Банка находилось на той же площади, что и «Великий Хан», но чуть дальше, и в обычное время я добрался бы до него пешком. Тем более, что в обычные дни исходил всю площадь вдоль и поперек, просто прогуливаясь. В обычные. Но в обычные дни меня не пытались кинуть на четверть миллиона рублей.
Я запрыгнул в свой джип, успевший обрасти пылью, и рванул с места, оставив черные полосы на асфальте и облачко испаренного протектора. Кто-то пронзительно просигналил, когда я вылетал с парковки отеля, но я не обращал внимания. Как специально, на обычно пустом проспекте образовался небольшой затор, который я обогнул по тротуару, распугав неспешно идущих чертей.
Через две минуты я уже парковался перед банком. Какой там, к Тилису, Единому В Трех Ликах, парковался? Я просто бросил автомобиль, даже не глуша мотор и оставив открытой дверь. Многочисленные инопланетяне провожали меня удивленными взглядами, но мне было не до них.
Взбежав по ступенькам, я ворвался в финансовое учреждение, распихивая локтями посетителей. Вслед летели проклятья, за которые я обычно с удовольствием бы сломал нос. Как минимум. Но то — обычно.
Проигнорировав терминал, выдающий номерки, я подлетел к стойке оператора, оттолкнув подходящего к кассиру пожилого краснокожего.
— Молодой шелофек, такое пофедение не допустимо! — прошепелявил дедок беззубым ртом.
— Пошел нахрен, козел рогатый, — прорычал я в ответ, не оборачиваясь.
— Человек, пожалуйста, возьмите номерок и дождитесь своей очереди, — вежливо улыбнулась чертовка-оператор, одетая в форменную белую блузку с фирменным зеленым значком.
— Я — Шангшускаг, брат хана Хадаша! — представился я.
— Чем я могу вам помочь? — еще шире улыбнулась девушка, показывая свои острые белые зубки.
