При этом она сделала кому-то за моей спиной жест остановиться. Скосив глаза, я заметил в отражении в стекле двоих скагов в одежде охранников, подбиравшихся ко мне сзади. Конечно, вооруженных вездесущими и запрещенными Калашматами! Повинуясь оператору, они направились к своим постам.
— Шушла, — прочел я имя инопланетянки на бейдже. — Мне нужно получить информацию о движении средств по счету.
— Разумеется, — кивнула скагаранка. — Мне нужен какой-нибудь документ, подтверждающий вашу личность.
— Вот тут видишь, какая оказия… мне нужна информация не по моему счету. А по другому.
— Сожалею, но в этом случае ничем не могу помочь, — ответила оператор, не прекращая улыбаться.
— Мне очень надо… — вкрадчиво произнес я, выкладывая на стойку пятиалтынный.
Глаза девушки при виде монеты заблестели. Ноздри мелко-мелко затрепетали. Отлично! Я так и знал, что не только скаги неравнодушны к золоту, но и их женщины — тоже!
— Нет, не могу, — нерешительно проговорила кассирша, не отрывая взгляда от монеты.
— Шушла, пожалуйста, — протянул я, добавляя еще один пятиалтынный.
Инопланетянка даже вздрогнула. Коготки, покрытые белым лаком, впились в столешницу. Но и теперь, глубоко вздохнув, оператор смогла совладать с собой.
— Ну что вы делаете! Во имя Тилиса, Единого В Трех Ликах, это же запрещено! — прошептала она.
И я пошел ва-банк, глухо стукнув по дереву еще двумя золотыми кругляшками. Тысяча рублей! Где-нибудь в Грачевске за эту сумму любой клерк продал бы не только информацию о счетах, но и ключи от хранилища с кодами сигнализации!
Не удержалась и девушка. Ухоженная ручка с золотым перстнем со скромным по чертовым меркам бриллиантом накрыла монеты и через мгновение стойка оказалась пуста.
— Чей счет вас интересует?
Теперь красавица улыбалась не уставной дежурной улыбкой, а совершенно искренне. Прониклась, вошла в мое положение, и была с радостью готова помочь.
— Младшего хана Ямшаха.
— Две недели назад было крупное поступление в пять тысяч алтынов, — проинформировала меня скагаранка, постучав пальчиками по клавиатуре компьютера.
— Это я знаю, — кивнул я. — А потом?
— В тот же день счет был закрыт.
— То есть как так — закрыт? — подпрыгнул я. — А куда деньги делись?
— Выданы хану Ямшаху. Все пять тысяч.
— Пять? Кроме пяти тысяч не было ни копейки? — прорычал я, повысив голос.
— До поступления этих пяти тысяч счет хана Ямшаха не пополнялся около года, — пояснила Шушла, вжав голову. — Так что да, кроме этих денег больше не было ни копейки.
— Спасибо, — пробормотал я.
Так это что получается? Дела у чертового черта обстояли совсем не так радужно, как казалось? И этот шанг, мерзкий шихаваш, решил поправить свое финансовое положение, кинув меня? Вот тварь! Гнида!
Из банка я вышел в полнейшей прострации. Уже никуда не торопясь. Ибо как уже везде опоздал. Выдернув из-за щетки стеклоочистителя квитанцию со штрафом за парковку, я скомкал ее бросил на асфальт.
Я видел только один способ решения проблемы. Достав из кобуры Кольт, я откинул барабан, убедился, что все пять камор полны смерти, вернул оружие на место и уселся за руль. Через двадцать минут я уже остановился у дома Ямшаха.
Консьерж при виде человека с револьвером в руке испуганно вскрикнул и скрылся в подсобке. Мягко ступая по ковру, устилающему широкую мраморную лестницу, я поднялся на второй этаж. В коридоре, кроме кадок с фикусами, стояла лишь тележка горничной с различными принадлежностями. Сама уборщица шумела пылесосом за дверью одной из квартир.
Со злобой пнув тележку, опрокинувшуюся с диким грохотом, я подошел к апартаментам мошенника и забарабанил кулаком по двери. Открывать никто не торопился.
— Гнида, я рога тебе обломаю и в задницу засуну! — проорал я.
— Человек! — позвала меня горничная, опасливо выглядывая в коридор. — Если вы к хану Ямшаху — то он съехал.
— Как съехал? Куда?
— Собрал все вещи, оплатил долги и уехал, — пояснила она.
— Давно?
— Три дня назад.
— Надеюсь, Тилис, Единый В Трех Ликах, сожжет весь ваш чертов город, — прорычал я.
— Вы что! Нельзя так говорить! — не на шутку испугалась инопланетянка, рисуя в воздухе шаманские знаки.
Мне — можно. Обратно я спустился находясь в полнейшей прострации. Уже точно везде опоздал. Я нащупал в кармане телефон, намереваясь позвонить Хадашу, но сразу отбросил эту мысль. Мало того, что хан еле стоял на ногах еще час назад, так еще и непонятно, на чьей стороне он будет в моем споре с Ямшахом. Может, у рогатых так принято — брать аванс и кидать партнеров?
А кому, вообще, жаловаться, когда сам дурак? Брагину? Не, этот-то точно меня не бросит. Куда ему деваться? Только ржать и издеваться надо мной будет до конца жизни.
Самое поганое во всей этой ситуевине было то, что я даже не представлял, куда мог свалить краснокожий жулик. С такими деньгами ему везде будут рады. Еще и детей в честь черта называть начнут. Еще бы! Смог развести шанга на четверть миллиона!
Зверски хотелось выпить. Не просто выпить, а ужратья в ноль. В дрова. Причем моментально. Некстати вспомнилось, что алкоголь я не употреблял с момента охоты в Буйном.
