Она хотела сказать что-то. Хотела ударить его. Но могла лишь стоять и смотреть на него в нарастающем ужасе, не в силах поверить словам, капавшим с его губ, словно змеиный яд.
– Кроме того, – добавил он с жестокой ухмылкой, – у меня уже есть невеста.
Колени Аннелизы подогнулись. Боясь упасть, она схватилась за край письменного стола матери Джорджа.
– Кто? – выдавила она.
– Фиона Бекуит, – сообщил он. – Дочь лорда Ханли. Я сделал предложение вчера вечером.
– И она согласилась? – прошептала Аннелиза.
Он снова рассмеялся. Громко.
– Разумеется! И ее отец – виконт. – Джордж пришел в полный восторг. – Она младшая дочь, его любимая, и я не сомневаюсь, что деньги за ней дадут немалые.
Аннелиза сглотнула горький ком. Ей становилось все труднее дышать. Нужно поскорее выбраться из этой комнаты. Из этого дома.
– Она и собой неплоха, – продолжал Джордж, подступая ближе. Он улыбался, и в желудке у нее все переворачивалось при мысли о том, что он точно так же улыбался, когда соблазнял ее. Джордж был красивым ублюдком и знал это. – Но я сомневаюсь, – процедил он, проводя пальцем по ее щеке, – что она будет так же горяча в постели, как ты.
– Нет, – пыталась сказать Аннелиза, но он снова атаковал ее, прижавшись губами к губам. Его руки были повсюду. Она пыталась сопротивляться, но только еще больше его развеселила.
– Значит, любишь погрубее? – хмыкнул он и ущипнул ее. Сильно. Но Аннелиза почти обрадовалась боли, пробудившей ее от шокового ступора, в который она впала. Она взорвалась бешенством и с неожиданной силой оттолкнула его.
– Прочь! – крикнула она, но он рассмеялся. Она в отчаянии схватила единственное оружие, которое смогла найти: антикварный нож для разрезания конвертов, лежавший без футляра на письменном столе, – и размахивая им, предупредила: – Лучше не подходи!
– О, Анни, – снисходительно сказал он и шагнул к ней. Она снова размахнулась. – Сука! – завопил он, хватаясь за щеку. – Ты ранила меня!
– О боже! Боже! Я не хотела!
Оружие выпало из руки. Она отпрянула, прижавшись к стене, словно пытаясь убежать от себя.
– Я не хотела, – повторила она.
– Я убью тебя, – прошипел он. Кровь сочилась между пальцев, пятная белоснежную сорочку. – Слышишь? – заорал он. – Я отправлю тебя в ад!
Аннелиза протиснулась мимо него и бросилась бежать.
Три дня спустя Аннелиза стояла перед своим отцом и отцом Джорджа и слушала, как они соглашаются… о, по стольким вопросам.
Она потаскушка.
Она могла погубить жизнь Джорджа.
Она вполне могла погубить будущее сестер.
Если окажется, что она беременна, это ее чертова вина, и пусть не воображает, что Джордж обязан на ней жениться.
Можно подумать, он женится на девушке, которая изуродовала его!
Аннелизе до сих пор становилось плохо при одном воспоминании о случившемся. Не из-за того, что она смело защищалась, хотя никто не соглашался с ней ни по какому пункту. Все почему-то считали, что, если Аннелиза один раз отдалась Джорджу, он прав в своей уверенности, что она сделает это снова.
Но она по-прежнему вспоминала, что ощутила, когда лезвие вошло в плоть. Она такого не ожидала. Потому что всего лишь пыталась отогнать Джорджа, взмахнув ножом.
– Все улажено, – процедил отец, – и ты должна на коленях благодарить сэра Чарлза за великодушие.
– Вы покинете город, – резко бросил сэр Чарлз, – и никогда не вернетесь. И никаких контактов с моим сыном и любым членом моей семьи. А также с вашей семьей. Все будет так, словно вы вообще не существовали. Вам ясно?
Аннелиза медленно покачала головой, не веря ушам. Ей неясно. Она не понимает и никогда не поймет такого. Сэр Чарлз защищает сына, но ее семья? Отказаться от нее? Забыть?
– Мы нашли тебе должность, – брезгливо продолжал отец, не повышая голоса. – Сестра жены кузена твоей матери нуждается в компаньонке.
Кто?!
Аннелиза покачала головой, отчаянно пытаясь вникнуть в смысл слов. О ком он говорит?
– Она живет на острове Мэн.
– Что?! Нет!
Аннелиза качнулась вперед, стараясь схватить отца за руки.
– Это так далеко. Я не хочу уезжать.
– Молчать! – заревел отец, хлестко ударив ее по щеке. Аннелиза отшатнулась. Шок был острее боли. Отец дал ей пощечину. Ударил ее. За все шестнадцать лет ее жизни он никогда пальцем ее не тронул, а теперь… – Ты уже погублена в глазах всех, кто тебя знает, – безжалостно прошипел он. – Если не сделаешь, как мы скажем, навлечешь еще больше позора на семью и уничтожишь все шансы сестер хоть как-то выйти замуж.
Аннелиза подумала о Шарлотте, которую любила больше всего на свете. И о Марабет, с которой никогда не была близка… Но все же Марабет – ее сестра. Ничто не может быть важнее.
– Я поеду, – прошептала она, осторожно коснувшись щеки, все еще горевшей от удара.
– Через два дня, – сообщил он. – У нас…
– Где она?
Аннелиза ахнула, когда в комнату ворвался Джордж. Взгляд дикий, кожа покрыта пленкой пота. Он тяжело дышал: должно быть, промчался по дому, услышав, что она здесь.
Щеку пересекала повязка, но бинт уже отставал от царапины. Аннелиза испугалась, что повязка просто упадет. Ей не хотелось видеть, что под ней.
– Я убью тебя! – прорычал он, бросившись на нее.
