— Уверена, что ей это только кажется, — вздохнула Хелен и, положив образчики на стол возле двери, обернулась к Ариане. — Почему бы вам вдвоем не выбрать ткань для дамской спальни?
Ариана схватила два верхних лоскутка.
— Мне нравятся вот эти, — заявила она, когда ее мачеха ушла. — Может быть, посмотрим, Фредди?
Фредерика осторожно открыла дверь и вошла в комнату со смешанным чувством нежелания и любопытства. Она не могла забыть о своем последнем посещении этой комнаты и об искаженном ужасом лице Бентли. Запах свежей краски изгнал из комнаты аромат сирени. Старые шторы из мебельного ситца были уже сняты и свалены в кучу у изножья кровати. Стены были обтянуты голубым муаровым шелком, в.одном из углов был частично развернут новый аксминстерский [19] ковер в синих и желтых гонах.
Ариана взглянула на стены, потом на принесенные ими образчики — один розовый, а другой в красную и чуть желтоватую полоску.
— Ни один не подходит, — заявила она, подбрасывая лоскутки в воздух. После чего она не слишком изящно упала на кровать. — В любом случае, Фредди, выбирай цвет сама. Ведь это будет теперь твоя спальня, не так ли?
— Я еще не уверена, — произнесла Фредерика, медленно обходя комнату. — А ты не будешь возражать?
Ариана удивленно взглянула на нее:
— Конечно, нет. С чего бы? Фредерика отвела взгляд:
— Ты, кажется, говорила, что эти комнаты принадлежали твоей матери?
— Да, — согласилась Ариана. — Но если они тебе нравятся, живи здесь, Фредди.
— Я не уверена, что Бентли согласится покинуть свою старую спальню, — тихо призналась Фредерика. Ей вдруг снопа вспомнился ее муж, с грохотом захлопывающий двери. — Нет. я думаю, что мы останемся там, где живем сейчас. Может быть. Ариана, тебе самой хотелось бы жить в этой комнате?
— Она для меня слишком велика, — покачала головой Ариана и принялась расхаживать по комнате, прикасаясь ко всяким безделушкам и заглядывая в ящики. — Я здесь просто потеряюсь.
Но Фредерика не услышала ее слова, потому что ее внимание привлек сундучок для постельного белья, стоявший в изножье кровати. На его крышке были кучей свалены старые занавески. и Фредерика смела их на пол. Крышка сундучка была украшена резьбой ручной работы, изображавшей виноградные кисти и листья, сплетающиеся в центре в монограмму.
— «К.Л.Х.», — прочитала она, стирая осевшую на буквы пыль. — Взгляни, Ариана, этот сундучок, наверное, принадлежал твоей маме до замужества.
Ариана подошла к ней.
— Я его помню, — задумчиво произнесла она. — Она получила его в приданое. Я хотела разместить там свою коллекцию кукол, но ключ от замка потерян.
Фредерика опустилась на коврик и осмотрела замок.
— Это примитивный замок, — проговорила она. — А сундучок очень красивый. Ты должна взять его. Позволь, я попробую его открыть.
— А ты сможешь? Фредерика рассмеялась.
— Может быть, и не смогу, — сказала она, приглядываясь к замку. — А может быть, открою. Ведь он здесь всего лишь для декоративных целей. — Она вынула булавку с перламутровой головкой, скреплявшую на горле кружевную вставку, прикрывавшую ее грудь и плечи. — У нас в Чатем-Лодж был старый сундучок с таким же замком, — пояснила она, засовывая булавку в замочную скважину. — Так у нас вообще ключа не было.
— И вы отпирали его таким способом? — удивилась Ариана.
— Это продолжалось долгие годы, — засмеялась Фредерика. — Если он случайно запирался, мы пользовались шпилькой для волос, булавкой, а иногда даже гвоздем. — Она, не глядя, повернула булавку. Что-то внутри сундучка звякнуло. Она отложила булавку, и вдвоем с Арианой они подняли крышку. Но сундучок оказался меньше, чем казался снаружи. Сверху на выдвижной доске лежала изъеденная молью шаль, а под ней пара шерстяных одеял и старые шелковые шторы для балдахина.
— Смотри! — воскликнула Ариана. — Это мамин любимый халат.
— Этот? — Фредерика вынула из ящика розовый халат. Сильный запах плесени и сирени распространился по комнате.
Ариана сморщила носик.
— Фу, как пахнет, — проворчала она. Едва успели они положить на место халат, как из ящика высыпалась семейка юрких серебристых насекомых. — Здесь слишком мало места для моих кукол, — с некоторым разочарованием добавила она.
— Давай-ка посмотрим как следует, — предложила Фредерика и, стоя на коленях, приподняла выдвижную доску, отложила ее в сторону, потом заглянула под стопку одеял. На дне валялись три старые книги, тетрадь в матерчатом переплете и несколько чулок от разных пар. Фредерика, разочарованная скорее за себя, чем за Ариану, сунула все это обратно. Ей хотелось бы найти что-нибудь принадлежавшее матери Арианы, но та, казалось, не тосковала по Кассандре Ратледж.
Возвращая на место выдвижную доску, Фредерика вспомнила, что Эви в таком же сундуке хранила краски и растворители. Она вспомнила также и еще кое-что. Сунув руку на дно сундука, она нащупала последнюю выдвижную доску, которую можно было поднять, только если знаешь, что в резьбе скрываются маленькие отверстия для пальцев.
Ариана с любопытством заглянула внутрь.
