– Город назывался Тали-Наингара, но арабские купцы с севера звали его Мадинат аль-Суххар – Город Колдунов. Тали-Наингара был построен из камня, и говорили, что его стены были почти так же высоки, как самые высокие деревья в джунглях, а ворота сделаны из дерева и железа и покрыты листами чистейшего золота. Это, может быть, и легенда, но обитатели Тали-Ниангары действительно были колдунами.
– Откуда ты знаешь все это? – спросил он.
– Мой отец рассказал мне, когда я была еще очень маленькой. Истории передавались из поколения в поколение, истории древних времен от рабов, привезенных из Конго. В них говорилось, что в самом сердце Тали-Ниангары стояла башня, где жили боги и где они разговаривали с людьми. Жителям города была не нужна армия. Их оружием было самое простое из всех: страх. За воротами люди, обитавшие в джунглях, а за ними крестьяне, селившиеся на краю джунглей, а еще дальше за ними люди, селившиеся вдоль берегов реки Конго, жили в постоянном страхе. Каждый год после сезона дождей они посылали в Тали-Ниангару дань: скот и зерно, кожу, материи и пряности, много золота и серебра,
– Но почему? Почему люди безропотно мирились с таким положением дел? Чего они боялись?
– Ты – еврей, – сказала она, – не африканец. Тебе будет трудно понять. В Тали-Ниангаре жили боги. Они дали колдунам города власть над жизнью и смертью. Люди окраин жили в страхе перед этим. Если бы они не посылали дань, их урожаи бы погибали, дичь уходила бы из леса, скот поражал бы мор, дети бы чахли и умирали. Лучше потерять немногих, чем всех. Повелителям Тали-Ниангары были не нужны стены или армии.
Она некоторое время сидела молча, стараясь унять биение сердца. Был ли ее собственный страх тем же самым или чем-то более рациональным? Она не могла сказать.
– Долгие века все шло своим чередом, – продолжала она, пересказывая эту историю так же, как ей пересказал ее отец, как до него ей рассказывали ее дедушка и бабушка. – Джунгли росли и распространялись во всех направлениях, река все глубже прорезала канал к морю, люди Тали-Ниангары танцевали, пели и приносили дары своим жадным богам. Так эту историю рассказывали мне. Жрецы писали книги на Тифинаг, письменности, занесенной к ним торговцами далеких северных пустынь. Они записывали слова своих богов на тонких пластинах чеканного золота. В этом было единственное предназначение их цивилизации: записывать пророчества богов и передавать их из поколения в поколение; каждое новое поколение пополняло работу предыдущего. Говорят, что башня Тали-Ниангары хранила библиотеку из более чем десяти тысяч золотых книг.
И еще говорят, что жрецы вычеканили золотой круг, на котором они написали слова великого могущества и начертили план города, и передали его своим царям, чтобы те носили его как знак своего права повелевать, вместе с властью над жизнью и смертью во всем городе и за его пределами. – Она подняла глаза. – Так мне гласила эта история, Рубен. Мне ее рассказал отец, когда я была совсем маленькой. – Она закрыла глаза. – Веками ничего не менялось. А потом, однажды весной, у ворот Тали-Ниангары появилась банда людей с кожей цвета молока, людей с саблями, пушками и мушкетами, людей, которые не боялись ни богов, ни жрецов, которые им служили. Их впустили в город, и царь и его советники оказали им гостеприимство. Тайно против них были произнесены заклинания, но они не подействовали. Были записаны проклятия, но люди остались невредимыми.
Целый месяц пришельцы провели в городе, они ели, пили, отдыхали. Наконец, темной ночью, они убили царя и его телохранителя, разграбили башню и взяли в плен пятьдесят лучших молодых мужчин города, включая семь жрецов. Утро застало их глубоко в джунглях, нагруженных золотом и погоняющих связку невольников самого лучшего качества.
Караван продвигался медленно. Рабов подгоняли кнутами, но деревья и кустарник, через который им приходилось пробираться, диктовали свой шаг. Работорговцы не были без нужды жестоки со своими пленниками – каждый раб представлял собой вложение труда и денег, которое еще предстояло оправдать. Никто не хотел, чтобы его доля умерла прежде, чем они достигли Вест-Индии.
Но лес был враждебен. Работорговцам нужно было успеть добраться до реки и пройти вдоль нее до самого устья раньше, чем их корабль отправится в путь без них. А Боги Тали-Ниангары начали свою медленную, но неотвратимую месть.
Один за другим работорговцы погибали, кто от обычного несчастного случая, двое – от змеиного укуса, большинство же – от лихорадки. Они стали бросать ненужный груз и в последнюю очередь – предметы из золота, все, за исключением нескольких, которые им удалось донести до конца. Были смертные случаи и среди рабов, но гораздо меньше, чем среди их хозяев. Когда караван достиг берегов Конго, в живых оставалось только пятеро белых и тридцать человек черных. Четверо из черных были жрецами.
