Она попыталась несколько притормозить его со следующим звонком, сказав ему, что не сможет встретиться, поскольку обещала детям сводить их в парк. Однако Чарлз без предупреждения приехал в Люксембургский сад, где, как она сказала, они собирались гулять, с подарками для детей, от которых те пришли в неописуемый восторг. Но куда ужаснее было то, что Валерия тоже была рада видеть его. Он купил всем по мороженому, некоторое время погулял вместе с ними, а потом распрощался и ушел, причем дети долго махали ему вслед ладошками, как будто он был их старинным другом.
– Мне нравится Чарлз, – провозгласил Жан Луи.
Он получил в подарок маленькую красную модель автомобиля, Изабель – красивую куклу, а Дамиан – медвежонка, в которого тут же вцепился.
В субботу и воскресенье Чарлз не давал о себе знать, но в понедельник позвонил и пригласил Валерию на ужин. Он сообщил, что открылся новый индийский ресторан, в котором хотел бы побывать. Валерия начала было отказываться, но потом сдалась: Чарлз прекрасно умел убеждать. Во время ужина он вел себя с ней безупречно вежливо, поцеловать не пытался, хотя, к своему ужасу, Валерия поняла, что желала этого. Она почувствовала, что совершенно запуталась, и никак не могла разобраться ни в его побуждающих мотивах, ни в своих собственных ощущениях. Она любила своего мужа, но неужели ее угораздило при этом влюбиться в Чарлза? Разве такое бывает? Ничего подобного с ней раньше не случалось, но она никогда и не чувствовала себя такой одинокой, как сейчас, когда Жан Филипп был в Пекине.
Жан Филипп позвонил ей вечером, после того как Валерия вернулась домой, поужинав с Чарлзом, и сразу уловил в ее голосе какую-то нервозность.
– Что-то случилось? – спросил он.
– Да обычные офисные склоки. Грызня между сотрудниками, – туманно объяснила она, чувствуя за собой вину, а затем поспешила сменить тему: – Как там Пекин?
– Эти выходные я провел очень интересно, с пользой для себя, да и для тебя тоже. Погулял по городу, обнаружил невероятные торговые центры. Тебе они понравились бы. А затем отправился на Великую стену.
Валерия знала, что муж уже несколько недель собирался посетить эту достопримечательность, но никак не мог выбрать время.
– Я не могу дождаться, когда вернусь домой, – произнес Жан Филипп дрогнувшим голосом. – Еще десять дней. Я считаю часы до того момента, когда увижу тебя и детей.
Эти его слова заставили Валерию еще острее почувствовать свою вину. Когда Жан Филипп вернется, она не сможет нигде бывать с Чарлзом, к тому же она мучилась угрызениями совести. Ведь ей приходилось скрывать от мужа ухаживания Чарлза.
Жан Филипп понятия не имел, что происходит, и от этого Валерия чувствовала себя ужасно. Однако никак не могла собраться с духом и рассказать ему про Чарлза. Впрочем, ничего криминального она не совершила: всего лишь провела несколько чудесных вечеров в обществе мужчины и теперь смущалась этого. Она не была неверна своему мужу, однако не могла не признаться самой себе, что такая мысль приходила ей в голову – мысль о том, что произошло бы, если бы она пустилась во все тяжкие с Чарлзом. Она никогда не подумала бы, что с ней произойдет нечто подобное, но все-таки Чарлз был невероятно привлекателен. Он даже стал нежно относиться к ее детям, настолько нежно, что они висли на нем и не желали отпускать, когда он уходил. О чем она только думала, подпуская его так близко к себе? Жан Филипп больше не был частью ее повседневной жизни, порой ей казалось, что его вообще не существует.
– Я тоже не могу дождаться тебя, – тусклым голосом произнесла она и тут же быстро добавила, что должна ложиться спать, поскольку завтра рано утром ей предстоит деловая встреча, что было сущей неправдой.
Жан Филипп выглядел разочарованным, ему явно не хотелось заканчивать так быстро разговор, но ведь, в конце концов, ему было суждено увидеть ее через десять дней. Он еще раз сказал, что страстно желает поскорее заключить ее в объятия, и Валерия заверила его, что чувствует то же самое. После разговора она со стоном закрыла свой ноутбук. Что сделал с ней Чарлз! Он абсолютно перевернул ее жизнь. Или же она сама совершила непоправимую ошибку?
Чарлз сразу же почувствовал в ее голосе напряженность, когда позвонил на следующий день, и задал тот же вопрос, что и ее муж:
– Что-то случилось?
Оба они видели ее насквозь. Раньше Валерия никогда не обманывала, да и необходимости во лжи не испытывала.
– Я не знаю, что со мной творится, – страдальческим тоном призналась Валерия. – Прошлым вечером говорила с мужем… и лгала ему. Не смогла признаться, что мы с тобой уже несколько раз ужинали. Веду себя как свободная женщина, Чарлз, но я же замужем.
– Да, конечно. Мне ты ни разу не солгала. Я знаю, что тебе сейчас очень нелегко. Твоего мужа здесь нет, а я тут, совсем рядом. Я не хочу тебя ни к чему подталкивать, но мне очень нужно, чтобы ты была со мной, Валерия, а не с ним. Решение за тобой. Это требует времени, ты можешь раздумывать так долго, как хочешь.
