– Серж Севиньи и Чарлз де Бомон. Я знаю Севиньи, это просто сопляк, хотя и крайне высокого мнения о своей персоне. Я никогда не встречался с Бомоном, но много слышал о нем. Он провернул несколько очень крупных доходных сделок в Китае, совершив инвестиции именно туда, куда следует, и сорвал крупный куш.
– По-моему, я знаю, о ком ты говоришь, – призналась Шанталь. – Мне кажется, это именно он выходил в общество с дочерью моих друзей. Красивый парень, если это именно тот, о котором я думаю, но он предпочитает смазливых малышек из шикарных семей, а не замужних женщин с тремя детьми. Мне кажется, он скорее плейбой.
– Моя жена красива и молода, а он, может быть, остепенился, – сказал Жан Филипп с паническим выражением лица.
– Валерия чересчур хлопотная добыча для подобных парней. Она твоя жена, а ты представляешь собой крайне серьезного соперника для любого. Она мать троих детей, у нее ответственная работа. Она не из тех, кто может свободно резвиться с холостыми прожигателями жизни. К тому же сейчас она осталась без твоей помощи. Вряд ли у нее найдется время для бурного романа, если только какой-нибудь хахаль не согласится сидеть с вашими детьми по выходным. Я не знаю ни одного парня, которого устроил бы такой вариант: все они предпочитают женщин доступных, у которых море свободного времени. А Валерия без тебя буквально тонет в делах.
Слова Шанталь заставили его испытать чувство вины, причем он знал, что она права: уехав в Пекин, он взвалил на Валерию колоссальный груз забот.
– Возможно, она действительно просто устала или в депрессии, – продолжала Шанталь. – Она не может даже выйти куда-нибудь повеселиться. Знаешь, Жан Филипп, тебе надо придумать для нее что-нибудь романтичное, пусть хоть немного отдохнет. Похоже, она здорово в этом нуждается.
– Наверное, ты права. Может быть, я поступил эгоистично, согласившись на работу в Пекине.
– Кстати, как тебе там работается? – озабоченно спросила Шанталь.
Он выглядел усталым и похудевшим, однако глаза его горели.
– Мы проворачиваем там интереснейшие сделки. И платят очень даже хорошо. Но мне там все чуждо. Это не тот город, где я хотел бы провести остаток своей жизни.
– Ты планировал провести там всего один год, насколько я помню.
– Или два, или три. Я еще ничего не говорил Валерии, но теперь я понимаю, почему мое начальство настаивает на трех годах. За меньший срок вряд ли получится совершить что-нибудь крупное.
– Пожалуй, тебе надо быть осторожнее с решением, – предупредила его Шанталь. – Не оставляй Валерию слишком надолго. Она может устать от роли временной жены.
Вечером, следуя совету Шанталь, Жан Филипп пригласил Валерию поужинать в бистро «Вольтер». Она замялась, когда он предложил это, но потом все-таки согласилась. Он знал, что это было одно из ее любимых мест, куда она часто ходила со своими редакторами, поэтому был удивлен, когда жена не проявила особого энтузиазма поужинать там.
Они уже вовсю наслаждались заказанными блюдами, и тут в ресторан вошел мужчина в сопровождении молодой девушки. Жан Филипп заметил, как напряглась Валерия, когда встретились взглядами с мужчиной, но затем тот провел свою спутницу в угловой отсек, отгороженный с трех сторон. Нечто странное промелькнуло между ним и Валерией. Жан Филипп спросил вполголоса, кто этот человек.
– Это художественный директор и один из партнеров фирмы «Бомон – Севиньи», которую я консультирую, Чарлз де Бомон, – делано-беспечным тоном произнесла она.
Но Жан Филипп почувствовал, как у него похолодело под сердцем, когда он перехватил еще один взгляд этого мужчины в угловом отсеке. Тот сидел за столиком с очень привлекательной девушкой, но взгляд его был направлен на Валерию. Когда же он посмотрел на Жана Филиппа, лицо его стало предельно жестким. Жан Филипп понял, что на свободную охоту вышел опытный хищник, а ему самому грозит серьезная опасность.
– Почему же тогда он не поздоровался с тобой? – спросил Валерию Жан Филипп.
Она как раз подцепляла вилкой кусочек жаркого на своей тарелке.
– Понятия не имею. Я с ним не на короткой ноге, к тому же у него, как я понимаю, свидание.
Валерия сделала над собой усилие, чтобы не смотреть на угловой столик, и не стала заказывать десерт. Жан Филипп так и не понял, кажется ему это или же ей и в самом деле не терпелось уйти из бистро.
Он оплатил счет, и они отправились домой. В автомобиле Валерия всю дорогу молчала. На ее мобильный телефон пришла эсэмэска, но она не стала читать ее, что было для нее странно, а просто выключила телефон. Дома она все-таки прочитала послание от Чарлза: «Когда я увидел тебя, мне захотелось увезти тебя далеко-далеко». Она ответила, что скучает по нему, и тут же стерла оба текста.
