Сайлас сказал, что, помимо убийства трех существ, мне также необходимо выпить из Реки Вечности, чтобы снять заклятие. Мы знали, что где-то в мире смертных затерян сосуд, но я никогда бы не подумала, что он попал в руки королевы Алхимии. Ну конечно, для нее это имеет особый смысл. Вэйл из Аркейна коллекционирует магию и монстров, а сосуд хранит сущность и того и другого.
Я протянула руку, чтобы дотронуться до сосуда, и он тут же отодвинулся, а его отражение затуманилось.
– Будь осторожна с мыслями, – резко вмешалась Тиа, моментально открыв глаза. – Монстры пропадали и за меньшие проступки.
Я напряглась. Сапфир говорила то же самое перед тем, как предать меня.
– Кто охотится на них? – встревожилась я.
– Я слышу тихие голоса, – Тиа понизила голос. – Есть кое-что, о чем шепчутся по темным углам, кое-что известное лишь королеве. А зачем, по-твоему, она носит ожерелье?
Я стиснула зубы.
– Вэйл.
Хозяйка Королевства Алхимии не только изучает монстров и помещает их тела в музеи, но и охотится на нас. А для своей защиты она использует воду из Реки Вечности.
Костяшки моих пальцев побледнели.
Боги убили моих родителей за один-единственный проступок, но как долго они позволяют Вэйл творить все это, оставаясь безнаказанной?
Как ей это удается?
– Ваш род окутан предательством, – поморщилась Тиа.
Она выглядела отчаявшейся. Я задумалась, могла ли моя печаль передаться и ей.
– Ты не можешь убегать вечно, – предупредила Тиа.
– А мне и не нужно вечно, – сказала я. – Лишь достаточно долго для того, чтобы убить всех, кто не на моей стороне.
Тиа вздохнула, и зеркало вернуло мое отражение.
– Вот и все, – оракул отпустила мою руку.
Она с сытым видом облизала губы.
Я следила за зеркалом, надеясь разглядеть что-нибудь еще:
– И все?
Тиа кивнула в ответ, и я заметила, как меняются ее голубые глаза, становясь все темнее и темнее. То же происходило и с губами, окрасившимися в более глубокий, полуночный оттенок черного.
– Ты знаешь, что тебе нужно и где это найти, – подытожила она.
Подойдя к шторе, Тиа резко отдернула ее и высунулась в дверной проем.
– Заходите назад! – позвала она. – И поживей, пока вы не напустили внутрь духов.
Перед тем как все начали возвращаться в комнату, она быстро глянула на меня:
– В последний раз предупреждаю насчет Вестника. Если он хоть немного похож на Богов, которым служит, знай: они коварны до мозга костей. Он или спасет тебя, или погубит.
– Я сама себя спасу, спасибо, – кивнула я. В этот момент в комнату вошел Сайлас.
Он проскочил мимо Тии и направился прямо ко мне. Нахмуренные брови выдавали тревогу, которую я чуть не посчитала беспокойством за себя.
– Что здесь происходило? – стал допытываться он.
– Она не пыталась меня убить, – уверила я, возвращая стул обратно под стол.
– Что насчет банши?
Я обернулась на Тию, которая наливала себе очередной стакан.
– Пещера банши за ясеневым лесом, где самая большая из рек с холодным пламенем впадает в море. Всего в часе ходьбы на восток, – ответила она. – Это место станет следующим шагом к твоей судьбе. Но предупреждаю, тебе это не понравится. Те, кого ты встретишь, не будут добры, но смогут помочь.
– Просто уточнить, наша судьба – это не смерть? – обеспокоился Тристан. – Я думаю, это уж точно не придется мне по вкусу.
Тиа только фыркнула:
– Теперь вы можете идти. Я взяла свою плату.
– Постой, – воскликнул Сайлас. Он указал на стол. – Я тоже хочу увидеть свою судьбу.
Тиа покрутила в руках бокал.
– Ты хочешь, чтобы я посмотрела твое прошлое, – поправила она. – Это не одно и то же, тем более мой голод на сегодня утолен.
– Прошу, – Сайлас протянул руку, будто бы хотел не дать ей отвернуться. – Мне просто очень нужно узнать…
Он осекся, незаконченная фраза повисла на губах.
Сайласу просто необходимо было выведать любую мелочь о том, кем он был.
В его голосе было такое отчаяние, что я ощутила странную неловкость.
– Хорошо, – Тиа скользнула обратно к столу и резким движением ноги выдвинула стул, поставив его напротив себя. – Но не вини меня, если тебе что-то не понравится.
Сайлас поспешно уселся, чтобы она не успела передумать.
Мне не нравились его движения, совсем лишенные предостороженности, к которой я успела привыкнуть. Ему бы подумать дважды, прежде чем открываться перед всеми.
– А ты разве не попросишь всех покинуть комнату? – изумился Сайлас.
– Нет, – была краткой Тиа.
Он уставился на нее.
– Мне казалось, судьбы – это очень личное.
– Кто тебе такое сказал?
Сайлас взглянул на Тристана и Силлиана, потом на меня, и его челюсть напряглась.
Он не хотел, чтобы я узнала подробности его прошлого, да я и не осуждала его за это. Полученные сведения легко было бы использовать против него, а он, похоже, считал меня достаточно коварным чудовищем, способным на такую подлость.
Тиа вытянула руку, и Сайлас вложил в нее ладонь.
Она зажмурила глаза, а потом нахмурилась и сильнее сжала веки. На переносице проскочила морщинка, и воцарилась тишина, прежде чем она наконец вздохнула и выпустила руку Сайласа.
