– Лодка в пути, – объявил Хранитель. – Не забудьте заплатить за переправу и не свалитесь вниз.
Он повернулся, собираясь оставить нас, но я успела его остановить.
– Погоди, – попыталась с ним заговорить я, но Хранитель легко проскользнул мимо.
Он хмурился.
– Без рук, – проворчал он.
– Но ты не можешь просто так уйти, – возразила я. – Ты должен больше рассказать о моих родителях и о войне, из-за которой их изгнали из благословенного мира.
– Я слежу за досье, а не раскрываю их содержимое, – начал терять терпение Хранитель. – Досье, а не истории. В этом моя задача. Ты найдешь что ищешь, когда найдешь что ищешь.
Он кивнул в сторону реки, где как раз показалась небольшая лодка.
– Твой отец был не из тех, кто умеет прощать, – добавил он. – Желаю тебе удачи там, где ему не хватило. Ты, по крайней мере, более уступчивая.
– Думаю, ты первый, кто так отзывается об Атии, – усмехнулся Тристан.
– Она простила его. – Хранитель указал на Сайласа. А потом проверил часы и сказал: – Мне действительно пора. Есть досье, которые нужно отсортировать.
– Простила за что? – не поняла я, но Хранитель уже направился обратно, затопав вверх по ступеням.
– За свое проклятие, – крикнул он. – За твой странный запах.
Я в смятении оглянулась на Сайласа.
Он отошел от изгороди, на которую опирался в ожидании лодки. Я заметила, как измялся по краям его костюм – обычно идеально выглаженную ткань теперь покрывали мелкие складки. При виде этого по неясной мне самой причине я нахмурилась еще больше.
– Атия, мне нужно кое-что тебе сказать, – начал Сайлас.
– Сказать мне что?
Мой голос надломился, а тело напряглось.
– Я надеялся, что к тому времени, когда ты все узнаешь, тебе уже будет все равно, потому что ты получишь желаемое, – продолжал он. – Или что мне уже не будет до этого дела, потому что я обрету то, что хотел. Я не ожидал, что мы станем…
Сайлас помедлил. Я лишь покачала головой – мысль о предательстве была слишком тяжелой. Казалось, я не в силах была даже вздохнуть.
– Ты не виновата в своем проклятии, – проговорил наконец Сайлас.
– О чем ты говоришь? – Я сглотнула. В горле пересохло и будто что-то потрескалось. – Конечно, это была моя вина.
– Нет, Атия.
Голос Сайласа дрожал, как и все внутри меня.
Я сжала кулаки, чтобы унять тряску по всему телу. Под мостками на краю причала заскреблись потерянные души, отчаянно пытаясь вырваться из реки. Учуяв приближавшуюся лодку, единственный шанс на спасение, они тянули свои призрачные конечности из воды, силясь добраться до причала и уцепиться за наши лодыжки.
Но никто из нас не сдвинулся с места. Сайлас неподвижно смотрел на меня.
– Я спланировал это, – признался он. – Это я виноват в том, что тебя прокляли.
Так звучал приказ Богов, когда в тот далекий день в сортировочном зале их перо нацарапало аккуратное послание. Это было еще до того, как мы с Атией заключили сделку.
Когда Хранитель по моей просьбе оповестил Богов о местонахождении Атии, они приказали мне уничтожить ее.
Заставить ее нарушить правила.
Именно это я и сделал.
В ту ночь было темнее, чем обычно, и я охотился на Атию, ориентируясь на запах, чтобы выполнить приказание Богов.
Вначале я нашел того человека.
Гнев буквально лился из него, отравляя воздух вокруг. Я учуял на нем запах Атии – последствие произошедшей перепалки. Монстры всегда оставляют следы, и у Атии они были похожи на яркие вкрапления, въевшиеся в его темную ауру.
– Добрый вечер, – сказал я, возникнув из ниоткуда. – Кого-то ищете?
Человек на мгновение запнулся, отпрянув, словно я явился в мир по воле его воображения. Он вытянул шею и проверил наличие тени у меня за спиной – улица как раз хорошо освещалась.
– А тебе-то что? – проворчал он, пропитанный дымом.
– Возможно, я мог бы вам помочь. Я отлично нахожу потерянные вещи, – сказал я. – Вам ведь нужна предсказательница?
–
– Дружка, – повторил я.
Больше всего меня поразила эта фраза. Я и не знал, что у Нефасов бывают друзья, которых они не мучат. Но, раз уж Боги хотели проклясть Атию, мне представилась отличная возможность.
Кроме того, этот человек не раз совершал убийства. От него разило гордостью за свои злодеяния. Он был преступником, так что я без зазрения совести заговорил:
– Так вы сдались, оставив поручение невыполненным? Вот так просто?
Поддразнивая этого мерзавца, я ощутил его разочарование. Струны гнева были практически осязаемы.
Вестники всегда умели манипулировать эмоциями, чтобы успокоить умерших и облегчить их переход в другой мир.
На этот раз все было наоборот.