Сайлас говорил, что в этом месте томились души, приговоренные к Небытию. Их изгоняли мучиться здесь в качестве первого из наказаний. Теперь я поняла смысл. Обреченные плавать в собственных разлагающихся останках, они смотрели, как других переправляют куда-то еще, а фоном ко всему этому звучали глухие завывания им подобных.
– Что будет, когда мы туда попадем? – спросил Тристан. – Думаешь, Боги поджидают нас?
– Да, – сказала я. – Они будут ждать.
– И они снова попытаются убить нас, так? – добавил Силлиан.
Он дотронулся до своей окровавленной щеки, пройдясь рукой по следам от когтей, которые покрывали половину его лица.
Меня всю передернуло.
– Не стоило мне вас двоих в это втягивать, – сказала я. – Наверное, нужно было отправить вас домой. Создать портал или, по крайней мере, оставить вас в сортировочной зоне ждать нашего возвращения.
– Не думаю, что так было бы безопаснее, – возразил Тристан. – Боги же в курсе, что мы вам помогали. Они бы точно нашли нас, куда бы мы ни отправились.
Я склонила голову. Мне было стыдно.
– Это я виновата в том, что вы в опасности.
Силлиан вздохнул, с раздражением отбросив рыжие волосы с лица:
– Нет, не ты. Разве не помнишь, как я умолял вас взять меня с собой? Ты спасла меня от смерти, Атия. Ты, Тристан и…
Он взглянул на истекающего кровью Сайласа, без сознания лежавшего рядом со мной. Я отпрянула, осознав, как близко оказались наши руки. Сайлас не пошевелился.
Моя рука дернулась в порыве прикоснуться к его холодной щеке и сделать все возможное, чтобы привести его в чувство.
Но вместо этого я лишь сжала кулаки.
– Меня бы замучили и убили те вампиры, но вы вытащили меня оттуда, – продолжал Силлиан. – И вы сделали меня частью чего-то большего. Всю жизнь меня отталкивали, убеждая, что мне не место среди мне подобных. Но с вами я ни разу не чувствовал себя лишним.
Да ведь и я тоже.
Это было удивительно, но от разговора с Силлианом на сердце стало немного легче, как будто до этого его что-то плотно сжимало. Я никогда бы не подумала, что мне удастся найти семью после смерти родителей, и, по правде говоря, я уже обрекла себя на одиночество до конца своей долгой жизни. Мне казалось невозможным открыть кому-то свое сердце и рискнуть заботиться о ком-то, особенно о людях, которые были смертны и неизбежно покинули бы меня, заставив пережить болезненную потерю снова.
И все же сейчас, с ними, я позволила себе поступить именно так.
Тристан со своими книгами, рассказами и тягой к приключениям пробился сквозь мои стены одиночества. Шутки Силлиана, его любовь к сладкому и стойкость перед лицом ненависти со стороны его семьи. Мне трудно было представить, как кто-то в этом мире мог считать его недостойным. Он чудесный и добрый, и я горжусь тем, что оказалась рядом с ним.
– Так говоришь, ты принадлежишь к миру безрассудных, смертельно опасных приключений? – поддразнила его я.
– И в этом безрассудном, смертельно опасном приключении я на удивление чувствую себя в большей безопасности, чем когда-либо, – с улыбкой возразил Силлиан. – Ведь я наконец не одинок. Наконец я обрел семью.
– Ты слышала, слышала? – затараторил Тристан.
Я фыркнула:
– Ну, тебя-то вряд ли всю жизнь избегали, Тристан. У тебя есть родители, которые о тебе беспокоятся, и они станут оплакивать тебя, если ты погибнешь.
– Но взгляни на мир, который ты для меня открыла, – вдохновенно заговорил Тристан, проводя рукой вокруг нас. Секунду спустя он поморщился. – Ну ладно, это место – не самый удачный пример, но ты меня поняла. Монстры, магия и Боги. Атия, я изучал их всю свою жизнь, не зная, что правда, а что вымысел, но надеялся, что однажды сумею это выяснить и исследую скрытый мир вокруг нас.
– Все это ужасно сентиментально.
Тристан прыснул.
– Тогда просто напомню, что мы с моими книгами спасли тебе жизнь, – гордо сказал он. – Без меня ты бы пропала.
Силлиан ткнул его в бок:
– Она пропала бы без меня и моих криков банши, которые нас всех выручили.
– Я бы пропала без всех вас, – улыбаясь, покачала я головой.
– Без нас всех? – уточнил Силлиан.
Его глаза метнулись к Сайласу.
– Без вас обоих, – поправилась я.
Силлиан и Тристан обменялись взглядами, которые я предпочла проигнорировать.
Сайлас пробыл без сознания бо`льшую часть нашего пути. Если бы я не знала, что случилось, и могла не обращать внимания на кровь, пропитавшую его костюм и запятнавшую некогда безупречную белизну рубашки, я бы легко поверила, что он просто спит.
Он выглядел умиротворенным и прекрасным.
Я злилась на себя за эти мысли, но ничего не могла поделать.
Боги, каким же он был
Во мне бушевал голод – я жаждала его. Меня влекло к этому бессмертному парню, сотворенному Богами, который каким-то образом понимал меня лучше, чем кто бы то ни было до него.
