Последнее слово тот едва слышно прошептал, памятуя о нехорошей примете. Чёрные колдуны, как в простонародье называли некромантов, уважением не пользовались. И переубедить сельских жителей, что те, большей частью, безобидные, ещё никому не удавалось. Конечно. Ведь достаточно одной ложки дёгтя, чтобы бочку мёда испортить. Изредка появлялся некий безумный колдун, мечтающий то весь мир себе армией скелетов подчинить, то всё живое искоренить. По обыкновению же немногочисленные некроманты в дела живых никак не вмешивались, ибо те их если и интересовали, то только как научный материал. Сидели в своих тайных лабораториях да искали пути к собственному, исключительно личному бессмертию, изредка выползая на свет по повелению Ковена во времена нестабильности магических линий. Периодически такое явление массово возникало раз лет в десять-двадцать. Из-за чего так происходило, Кетту мало интересовало. Точнее он мало что понял в объяснении. Однако последствия всегда оказывались одинаковыми - разгулявшиеся погосты да множащаяся в немереных количествах неразумная нежить, которая, казалось бы, уже была изничтожена. Вот тогда выходили на дороги странники, кутающиеся в чёрные жёсткие плащи, да опирающиеся на посохи с янтарным навершием, чтобы движением одной брови остановить разгулявшееся бесчинство.
Увы, народ неистово верил, что сии колдуны до того сами эту напасть и напризывали.
В этой деревне, по мнению старосты, нечто аналогичное и происходило ныне. Приютили, обогрели, а те и "отблагодарили" по полной. Выпустили в мир нечто "непотребное"... И вот то, что определить нежить собеседник так и не смог, весьма настораживало Кетту! Уж в этом-то селяне вполне были подкованы. В их головах хранилось столько легенд, что любая энциклопедия померкла бы. А тут даже предположений никаких. Охотнику же связываться с чем-то неясным не хотелось. Ведь одно дело браться за привычного зверя, а другое...
По словам старосты выходило, что местный нарушитель спокойствия уж как почти третью седмицу всю округу тревожил. Жители то теперь по ночам и носа на улицу не показывали, а до проявления такой осторожности мельком видали белёсый шар ростом с человека. Катилось это нечто то в одну, то в другую сторону. И если на траве оставался просто слегка осклизлый след, "по которому поутру никак найти супостата не удавалось", то, натыкаясь на живое, после себя странная нежить оставляла только скелет несчастного. Пока это были курицы да собаки селяне не особо тревожились. Хотя гонца к местному князю за помощью, конечно, сразу послали. А вот когда старуха, страдающая бессонницей, с первыми лучами солнца заголосила: "Убил, окаянный! Убил!"...
Оказалось, видела она в щели ставень, как, проломив дверь, нежить ворвалась в дом Зайца, как бесхитростно прозвали местного охотника. Мужики похватали топоры да вилы, но внутри оказались лишь кости когда-то большой семьи. Мрачные от жуткого зрелища селяне рассвирепели. А когда в дом зашёл старик, опирающийся на кривой посох с янтарным навершием, обозлились ещё больше. Его то и "приютил" староста в хате за околицей. Колдун, словно хозяин, осмотрел всё, охая и шепча что-то под нос. Один из храбрых мальчишек, заглянувший в окно, даже видел, как склянку слизи набрал. А после некромант вышел из дома, зыркнул гневными очами на всех вокруг, словно бы проклиная, и быстро ушёл прочь из деревни. В другую сторону от своего жилища.
Вот тут уж была поднята предельная тревога...
"И верно сделал, - подумалось Кетту, когда староста рассказывал об этом. - Мужики то хоть и опешили, а руки то не пустые. Не уйди некромант сразу же, и часа бы не прошло, как к его дому всей гурьбой и кинулись правосудие вершить. А так погодили".
- Вы согласитесь?
Тусклые глаза пухленького розовощёкого коротышки выражали и мольбу, и затаённую надежду, и липкий страх. Хотя Кетту привык к последнему. Чем обыкновеннее люди, тем большую инстинктивную, да невеяную глупыми преданиями неприязнь, увы, они испытывали ко всему иному. Доводилось же ему в силу своей нелёгкой профессии охотника за нечистью да нежитью общаться довольно много именно с таким народом. Как-то глупо у местного князька аудиенции добиваться, чтобы узнавать, не шалит ли кто вот на том подозрительном погосте.
-Хм, - задумчиво произнёс Кетту и вдумчиво посмотрел как бы сквозь собеседника.
На самом деле он уже знал, что согласится. Но в кошельке в последнее время крайне редко звенели монетки, а потому ему хотелось набить себе цену. Того и гляди лето кончилось бы, да наступила промозглая серая осень. И нечего месить грязь по дороге почти что новыми сапогами. Хорошо бы скопить немного деньжат, да переждать холодное время. Лучше всего перезимовать в снятой комнате у какой-нибудь старушки. В городе, конечно. Там сплетни не так разлетаются, да к каждому новому лицу не так присматриваются. А пристального внимания следовало избегать для собственной безопасности. Не то оговорили бы похлеще, чем того старичка-некроманта.
