– Я только высказал свою версию. Может быть, имеет смысл поверить мне на слово, а? Не позволяй мне отвлекать тебя от работы, если только у тебя не осталось других вопросов.
Джил представляет себе, как он всматривается в ее лицо на мониторе системы безопасности, пока она кладет трубку. И еще она представляет, как он улыбается ей сверху вниз, хотя на самом деле он улыбается, глядя снизу вверх, в любом случае от этой мысли у нее немеют губы. У нее такое ощущение, будто Вуди незримо парит над ней, пока она возвращается к своей секции. Шумно опуская стопки книг на полки, она то и дело поглядывает в окно, но Гэвина по-прежнему не видно. Что-то вроде бы приближается, затем отдаляется, но это, должно быть, клочья тумана, а вовсе не фигуры, которые подглядывают за ней, прикрываясь им. Джил остается лишь сделать вывод, что Гэвин увидел впереди автобусную остановку, а если свет действительно двигался, то это свет автомобильных фар на шоссе, от которого он начал свой поход. Но когда телефоны снова звонят, ей кажется, у нее имеется лишний повод кинуться к ближайшему.
– Джил, – выдыхает она в трубку. – Джил из Заболоченных Лугов.
– Это я, мамочка.
Конечно же, Джил испытывает облегчение. Она старается не ощущать даже намека на разочарование, потому что это не Гэвин спешит заверить ее, что он в полной безопасности, и ответить на тот вопрос, который она очень хочет задать снова.
– Ты дома у папы, Бриони? – спрашивает она вместо этого.
– Да, мы только что вернулись. Отлично поужинали.
– Очень рада. А что вы ели?
– Бургеры. У меня был просто гигантский, и папе пришлось помогать мне его доесть.
– Надеюсь, это не помешает тебе заснуть. Ты ведь должна выспаться перед школой.
– Я уже ложусь. Только хотела пожелать тебе спокойной ночи, как ты и говорила. Мне кажется, я хорошо буду спать.
– Именно это я и хотела услышать.
Джил улыбается, но затем ее лицо искажается, стоит подумать, что Вуди может счесть ее улыбку своей заслугой.
– У вас там много народу? – спрашивает Бриони.
– Почти все, кто собирался.
– Папа сказал, что много. Когда все вместе, ты будешь там в безопасности.
Едва ли это вопрос, скорее утверждение. Наверное, Джил надеется, что все-таки вопрос, поскольку не желает, чтобы бывший муж говорил за нее.
– Уверена, мы все тут в полной безопасности, – отвечает она. – Ты сладко поспишь, и уже завтра мы увидимся.
– Спокойной ночи, только у тебя ведь ее не будет, верно?
– Потому что у меня будет сразу доброе утро, ты хочешь сказать. Так и есть, и будет, можешь сразу меня разбудить, когда завтра вернешься из школы.
– Я разбужу очень осторожно.
– Знаю.
Похоже, у них закончились темы для беседы. И Джил тут же пугается, вдруг Бриони предложит передать трубку отцу, однако она этого не делает.
– Что ж, спокойной ночи, Спокойной ночи, – произносит она и резко опускает трубку, чтобы не повторить фразу еще раз, ощутив себя уже совершенной дурой. И тут же телефон требует от нее отчета.
– Это снова был наш заплутавший?
– Нет, моя дочь проверяла, все ли у меня в порядке.
– Но она же не собирается звонить всю ночь?
– Полагаю, что нет. Она уже идет спать.
– Очень хорошо, пусть спит. Если все дружно не оставят нас в покое, мы даже за ночь не управимся.
На это Джил нечего ответить. Она кладет трубку на рычаг и возвращается к привычной работе у стеллажей. Книги ждут, ее руки как будто уже нагружены ими. По крайней мере, она уверена, что с Бриони все в порядке. Наверняка ей должно полегчать, однако на какой-то момент, пока не удается отделаться от непрошеной мысли: ей кажется, что Бриони только что лишила ее последнего предлога, чтобы улизнуть.
