— По крайней мере, на этот раз ты сидишь внутри кареты. — Он не смог удержаться, чтобы не подразнить камердинера, воздавая ему за невыносимое брюзжание. — Или ты предпочел бы ехать на козлах с Джорджем? Не сомневаюсь, он будет рад компании.
Это замечание было встречено убийственным взглядом.
Они выехали в полдень, и теперь, когда день катился к вечеру и солнце к закату, ледяной холод начал просачиваться внутрь кареты, несмотря на все приготовления. Кирпичи под ногами давно остыли, однако в карете еще было несколько одеял, чтобы согреться. Мэтью вытянул ногу, насколько позволяло пространство. Узкий сапог, длительный переезд — безусловно, не те условия, чтобы обеспечить комфорт. Но он не сетовал. Через два дня Рождественский сочельник, и он как раз успел задумать, подготовить и осуществить все, что требовалось.
— Как видите, я предсказал, что будет в итоге, не так ли?
— О чем ты, Коггз?
Камердинер с хитрой улыбкой откинулся на мягкую спинку скамьи.
— Я еще в первый раз, как мы туда ездили, заметил, что вам понравилась дама.
— Леди Теодосия? — Мэтью улыбнулся про себя. Меньше чем через час он увидит ее снова. — Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Не умеете вы врать. — Коггз отрывисто рассмеялся. — Да оно вам и не идет. Наконец-то я нашел в вашей персоне нечто такое, чему еще далеко до совершенства.
— Я просто хочу подарить ощущение праздника лорду Тэлботу и его внучке. Нет ничего дурного в том, чтобы выказать приязнь и щедрость, особенно накануне Рождества.
— Согласен, но я вижу, как загораются у вас глаза, когда вы о ней говорите. — Коггз снова рассмеялся. — Могли бы и признаться, что я прав.
— Я уже признался. — Мэтью отодвинул занавеску и выглянул в окно. Они подъезжали. Станет ли Киркмен болтаться под ногами? Вчера вечером в клубе «Уайтс» Мэтью пытался навести справки о его местонахождении, но толком ничего не узнал. Сделал ли этот тип предложение еще раз? Или, что еще хуже, не убедил ли кто Теодосию, что брак с Киркменом может быть очень даже ей полезен?
Мэтью собирался написать письмо. Справиться о ее благополучии и спросить, устроилась ли жизнь лорда Тэлбота в привычном режиме. Сначала он хотел дать Теодосии время, чтобы свыкнуться с той новостью, что сообщил ей доктор Флетчер. Но пролетела неделя, Мэтью взял бумагу и перо — но слова не шли к нему. Он сидел за письменным столом и гадал, как было бы воспринято письмо, в котором снова и снова повторялась бы строчка: «Мне вас не хватает». Он не хотел настаивать на своих чувствах, понимая, что Теодосия предпочла бы сдержанность, и не имея оснований считать, что высоко стоит в ее глазах. Ведь в Британском музее она определенно отклонила его признание.
Когда написать письмо не получилось, Мэтью задумался о каникулах. По городу и шагу не ступишь без напоминания о том, что Рождество стремительно приближается. Теодосии будет одиноко наедине с печальными новостями от доктора Флетчера. Перед поездкой в Лондон она наверняка принимала перемены в поведении лорда Тэлбота и жизнь вообще как норму. Но разговор с доктором не оставил возможности закрывать глаза на будущие перспективы. Это тяжелая новость, с которой трудно свыкнуться, если ты один, особенно когда на дворе самый веселый праздник года. Кроме того, разве не говорила она, что праздник Рождества — время радости, чтобы отметить конец года перед наступлением января и горестных воспоминаний о смерти родителей?
— Не припомню, чтобы вы настолько рьяно отдавались приготовлениям к празднику. А уж подарки! За нами едут целых две кареты, заваленные по самую крышу.
— Я везу Рождество в Лейтон-Хаус. Или ты полагал, я приеду с пустыми руками?
— Вот видите: я же говорил, что леди вас зацепила!
— Может быть. Но дело не только в этом. — Мэтью украдкой улыбнулся. — Я хочу, чтобы она оценила…
— Ваше присутствие рядом? — с преувеличенной живостью перебил Коггз.
— Нет, скорее мое отсутствие.
— Готов поспорить, что леди Лейтон будет счастлива вас видеть.
— Надеюсь, хотя на сей раз мы едем без приглашения. Опять-таки надеюсь, что нас примут с хорошими новостями.
Вдруг Мэтью задумался: а не совершает ли он ошибку? В это время года слуги и домочадцы сбиваются с ног и хлопот у них полон рот. Его неожиданный приезд добавит им работы. Хуже того — он пригласил еще и сестру с мужем, которые должны будут приехать к концу недели. Он надеялся, что Теодосия обрадуется их обществу. Блестящая затея, которой он так гордился, вдруг несколько померкла.
Карета остановилась, вздрогнув всем корпусом. Мэтью поймал свою трость на лету. Карета качнулась — это Джордж соскочил с козел. В следующий миг он услышал стук опускаемой лесенки. А в следующий момент, еще до того, как дверца кареты распахнулась и он выскочил наружу, предчувствие беды пополам со страхом накатило на него с такой силой, что от былого приподнятого настроения не осталось и следа.
